Книга Кровью и жизнью, страница 183 – Елена Владимировна Добрынина

— Не понимаю, почему не получается, — произнесла, поглаживая рыжую макушку. — Такие сильные эмоции, никак не выходит их успокоить...

Меня почти насильно, чуть не с ложечки, накормили обедом. Затем мы все вместе прогулялись по саду и даже потешили Ноэля тем, что бросали ему мяч по очереди. А когда вернулись, предприняли еще одну попытку.

Она оказалась самой мучительной из всех. Мало того, что все эмоции обострились до предела, словно с каждым разом мои нервы все больше и больше оголялись, так еще все мои попытки отстраниться и взирать на все с холодной головой привели к ужасающему эффекту: временами мне казалось, что это я вычерчиваю мелом на полу магсхему, что это мое чудовищное сознание породило весь этот план, что это я наслаждаюсь тем, как послушные мое магии люди становятся безвольными куклами.. И вместе с этим всем я беззвучно кричала от ненависти к чему-то большему, чем отдельно взятый властолюбивый садист. Зато под конец, когда из моих рук хлестали потоки магии смерти, на долю мгновения мне показалось, что еще чуть-чуть, и мне удастся пробудить в себе то темное начало, которое я ощущала внутри.

В себя я приходила долго, перед глазами все расплывалось, звуки и лица слились в сплошной цветовой шум. И только одна мысль билась внутри: «надо продолжать.. почти.. еще чуть-чуть».

— Еще раз, — прохрипела сухим голосом.

— С ума сошла? Ты себя угробишь, — в голосе Эверта я расслышала раскаты грома.

— Еще! Раз! Пожалуйста, — я решительно сжала пальцы в кулаки..

— Ладно.. раз ты так настаиваешь, — несколько смягчился он, снова положил мне ладони на виски и, тяжело вздохнув, произнес: — Спи, осленок упрямый. Я, знаешь ли, тоже не железный.

И ласковое забытье приняло меня в свои объятия прежде, чем я смогла выразить протест по данному вопросу.

Просыпаться утром в своей постели прямо в платье, да еще и засыпая при этом в гостиной, похоже, становилось для меня уже привычным делом. Во всяком случае, в отличие от утра вчерашнего, неловкости я сегодня не ощущала. А вот определенное недовольство — да. События вчерашнего дня медленно, но верно всплывали в моей голове.

— Ну, Диксон, демонов тебе под одеяло! Спать он, значит, меня отправил как... как ребенка какого-то..

Запала негодования хватило на то, чтобы быстро принять душ, переменить наряд, причесаться и скорее спуститься вниз в поисках будущей жертвы моего справедливого возмездия. Правда, обнаружив менталиста в столовой с целой охапкой газет и журналов, жажда мщения моя поутихла. Эверт, хоть и сидел в свежей рубашке, вид имел довольно усталый. А если судить по темным теням, залегшим вокруг глаз, то спать ему сегодня вряд ли пришлось. Месть свершилась без меня.

— Доброе утро. Выспалась? — он отложил газету.

— Твоими стараниями, — усмехнулась, — а вот ты, похоже, не очень.

— Да, пытались с Джеймсом придумать кое-что. Он, правда, сейчас в лавке, но, можешь мне поверить, выглядит не лучше.

Ноэль отыскался в саду, и я после завтрака снова составила ему компанию в игре в мяч. За наши эксперименты мы принялись чуть позже, дождавшись, пока уйдет мэм Стич, кухарка Джеймса.

— Так что вы придумали? — спросила я, ложась на диван в гостиной.

— Что-то, — уклончиво ответил Диксон. — Давай только попробуем еще раз, если не получится, тогда расскажу.