Книга Блюз серых лисиц, страница 140 – Елена Владимировна Добрынина

Вот, значит, какой он, Владыка Леса и Пастырь Деревьев.

— Хм, слухи не врут. Северный Ветер принес дурную весть, – произнес он после продолжительного молчания и вдруг оказался совсем рядом. От неожиданности я отпрянул назад.

Мирддин неодобрительно покачал головой, сделал рукой жест, будто подзывая кого-то. Сзади что-то тихо скрипнуло, и в ту же секунду я оказался прижат спиной к огромному дереву, а ведь недавно его там не было и в помине. Гибкие побеги крепче веревок спеленали меня по рукам и ногам.

— Не мельтеши, – отстраненно сказал фейри. – Мне нужно подумать.

И вот тут оцепенение мое приказало долго жить, уступив место ненормальной веселости.

Нет, правда, ну сколько можно: то какой-то колдун охотится за мной и утверждает, что у нас с ним много общего, то самый важный из местных фейри мечтает меня кокнуть, только не может, то собственное я во сне намекает о каких-то злодеяниях, а теперь еще и Мирддина я, видите ли, «дурная весть». Нашли, тоже мне, величайшую проблему всех времен.

— О, Мудрейший, позвольте спросить, – я с трудом проглотил смешок и даже вспомнил, как стоит обращаться к этому хм... оленеликому парню, – чем я вас-то не устраиваю? Я ведь ни одного дерева за свою жизнь не срубил.

Вопрос был скорее риторическим, но Хозяин Леса удостоил меня ответом.

— Ценой, которая за тебя заплачена. Она непомерна. Нас и так немного осталось, – он вздохнул, тревожно прошелестели кроны, хотя никакого ветра не было и в помине. – Когда-то в моих садах резвились серые лисы, и это было хорошее время.

Пока он говорил, тонкие побеги пробирались под смокинг, обшаривали карманы, обвивались вокруг шеи, змеями заползали в рукава. Добравшись до левого запястья, растения замерли, осторожно ощупали браслеты – и медленно, словно нехотя, разжали непрошеные объятия и убрали отростки.

— Убить тебя нетрудно, – тем временем продолжал Мирддин не столько говоря со мной, сколько размышляя вслух, – но это не поможет вернуть в Холмы лисиц. В этом Господин Грядущих Битв ошибается – его еще питают ложные надежды.

Слова его оседали в груди кубиками льда – я мог ясно чувствовать острые, колящие вершины каждого из них, хотя и не понимал их общего смысла. Да и при слове «убить» мне представлялись то застреленный мной человек, то распростертое на полу тело отца Андреаса. И вместо того, чтобы испугаться, я в который уже раз за вечер задался вопросом: «А вдруг это именно он?”

— Как бы вы меня убили? – поинтересовался я хрипло. – Вырвали бы горло, вырезали глаза, язык, украсили бы цветами? – и поспешил пояснить, пока мне не показали наглядно: – Несколько человек были убиты таким зверским способом, и мы подозреваем, что убийца...

Лесной владыка так сурово посмотрел на меня, что я предпочел замолчать.

— Зверским? Звери не убивают без необходимости. Сидхе жестоки лишь в ответ на жестокость. Создания Тьмы творят зло, ибо такова их природа. И только людям для того, чтобы истязать живое существо, достаточно простого желания.

Мирддин раздраженно взмахнул рукой – побеги тотчас расползлись в стороны, и я смог, наконец, нормально двигаться.

— Проводи его, – приказал он кому-то, отвернулся – тяжелый плащ его при этом взметнулся ворохом опавших листьев – и побрел восвояси.

— Подождите! О какой непомерной цене вы говорили? – спохватился я и бросился за ним.