Книга Блюз серых лисиц, страница 186 – Елена Владимировна Добрынина

— Проводите нас к Владыке, – не терпящим возражения тоном распорядился Донни, пока я размышлял, как лучше к ним обратиться.

Дриады с профессиональным интересом оглядели меня, поклонились фейри, затем одна из них исчезла, а вторая плавно повела рукой, приглашая следовать на ней, – и ее тонкая, гибкая как тростник, фигурка замелькала впереди. Скоро я смог различить начало еще одной тайной тропы, замаскированное корнями поваленного дерева.

Этот скрытый путь оказался чрезвычайно длинным и знакомо пах мхом, землей и листьями. Наша провожатая убежала так далеко вперед, что я даже шагов ее не слышал и все силился ее догнать, пока Донни меня не остановил:

— Не стоит. Пусть скорее предупредит Мирддина. Мой приятель – достойнейший из сидхе, но резвость не входит в список его выдающихся качеств.

Тропа вывела нас к лесу. Настоящему – старому, величественному, темному даже в предзимнее холодное время. Он разительно отличался от чахлых парков и перелесков Иллинойса. Здесь даже воздух был другой – куда более холодный и терпкий.

— Это и есть Холмы? – удивленно спросил я, с одной стороны впечатленный, а с другой – несколько разочарованный приземленностью пейзажа.

Патрон ухмыльнулся.

— Как тонко ты польстил Вермонту. После того как в Ирландии уничтожили почти все леса, Мирддин нашел отдушину в этих краях. Могу его понять: холмы, деревья...

«Вермонт? С ума сойти... Это же миль восемьсот от Чикаго!»

— Не думал, что тайные тропы бывают такой длины.

— О, правильно мотивированные фейри на многое способны, золотце, – мурлыкнул Донни и тут же неуловимо посерьезнел: – а вот и ребятки Мудрейшего. Смотри в оба.

К нам приближались три фигуры в темно-зеленых плащах – двое молодых мужчин и одна девушка.

— Светлой ночи, – поклонился тот, что шел впереди – изумрудный побег плюща был вплетен в его длинные волосы.

— Этой ночи уже не быть светлой, Горт, – ответил Донни, делая шаг вперед, – и от твоего господина зависит, насколько ясной она окажется. Владыка в Холмах?

«Плющ» покачал головой.

— Дела задержали его здесь. Вам повезло: не придется ждать долго.

Нас проводили под навес из еловых лап: несколько крепких елей выросли так, что их нижние ветви образовали своеобразный шатер, укрепленный по бокам вьющимися растениями.

В небольшой яме, обложенной камнями, горел костер. Из бревен, укрытых волчьими шкурами, вышли неожиданно удобные сидения. Горт и остальные сопровождающие отошли на почтительное расстояние, но не оставили нас без присмотра. К тому же время от времени я ловил на себе изучающие взгляды – дриады, птицы, лесные звери – или фейри, принявшие их обличье. Я и не пытался угадать. Донни, будто в раздумьях, постучал пальцем по губам, я кивнул в ответ – разговаривать о делах в таком окружении не стоило.

Краем глаза я заметил движение – оторвал взгляд от плавно танцующих язычков пламени – и разглядел за костром, на темном фоне вечернего леса мощный – и одновременно с этим грациозный силуэт огромного оленя.

— Вот и он.

Патрон вмиг оказался на ногах и вышел навстречу Хозяина Леса, сделав мне знак оставаться на месте. Я видел, как Донни отвесил Оленю глубокий поклон, как тот недовольно мотнул головой, увенчанной роскошными, словно королевский канделябр, рогами, видел нескольких фейри в человеческом облике, замерших в отдалении от Владыки. Патрон говорил, Олень внимательно слушал, потом, помедлив, кивнул, обернулся к сопровождающим и, легко ударив копытом, отдал им какой-то приказ. Фейри низко поклонились, а Олень и Донни направились к навесу. Сквозь пламя костра очертания фигур и предметов немного расплывались, и я не заметил толком, когда фейри сменил облик. Однако, подошел к навесу он в уже знакомом мне виде, разве что плащ из листьев на его плечах потемнел и подернулся кое-где инеем.