Книга Блюз серых лисиц, страница 38 – Елена Владимировна Добрынина

Я едва не сполз по стене вниз и, почти не соображая, смотрел перед собой на то, как Донни подкидывает на ладони непонятно каким образом вытряхнутые из револьвера патроны и ссыпает их в карман. Кожа на внутренней стороны его руки показалась красной, будто ошпаренной.

— Вот так, золотце, – произнес он как ни в чем ни бывало, возвращаясь к прерванному разговору. – Или это можешь быть не ты, а кто-то другой, на кого тебе укажут. Основную мысль, думаю, ты понял.

О да, понял. Эта демонстрация произвела должный эффект. Только я не знал, что пугало меня больше: перспективы подобной расплаты или то, что этот фейри может творить со мной, что ему вздумается.

Поэтому просто кивнул механически и только потом все же спросил:

— Можно с этим что-то сделать?

— Что-то да можно, – уклончиво ответил Донни. – Искать лазейки, хитрить, заговаривать зубы... На самом деле я несколько сгустил краски.

На этом месте мне так отчаянно захотелось съездить ему по физиономии, что даже кулаки зачесались. Даже не заметил, как снова оказался на ногах. Он только рассмеялся.

— Ну-ну, ненамного. У нас ведь особые отношения, правда? – мурлыкнул он, – Ему просто пришлось бы дольше с тобой возиться. Тут есть определенные правила. Пока со всем этим не освоишься, на улицу без сопровождения не суйся. Да, и жить какое-то время придется тут.

Я хмуро обвел глазами кабинет, размышляя, не рассчитывает же он в самом деле, что я буду спать на коврике, как собачка, и только потом до меня дошло, что фейри имел в виду комнату для отдыха, что располагалась по-соседству.

— И еще кое-что... Не хотел этого делать, но теперь придется: ставки выросли. – Донни говорил и одновременно быстро расстегивал запонки на манжетах и подворачивал рукава, как заправский фокусник. Спокойствия данные манипуляции отнюдь не добавляли. – Мы ведь не хотим рисковать, а, золотце?

— Что ты собираешься де... – начал спрашивать я с опаской и не договорил – он мгновенно оказался рядом со мной и положил одну ладонь мне на лоб, а другую – на затылок

— Больно не будет, не бойся, – усмехнулся он. – А глаза закрой. Так будет лучше и для тебя, и для меня.

Я закрыл. Можно подумать, у меня был какой-то выбор. Еще и зажмурился на всякий случай.

И снова ощутил то самое давящее чувство – словно сам воздух сжимал мне виски. Перед глазами почудилось яркое сияние, вызвавшее танец разноцветных светящихся пятен на внутренней стороне век, словно я смотрю на солнце сквозь красочный витраж. В ушах послышалось тихое многоголосое пение. Рука, что лежала на моем лбу, стала очень теплой, почти горячей, другая же, на затылке – обжигающе-холодной. И от первой ко второй, прямо через меня хлынул такой мощный поток, что вышиб все до единой мысли. Глаза заломило, и я невольно дернулся, но давление ладоней слегка усилилось.

— Вот и все..

Мои веки распахнулись за долю секунды до «вот», и я успел заметить быстро гаснущее сияние в глазах напротив, из-за чего они показались мне больше и куда глубже человеческих – две темные полыньи, мерцающие серебром в лунном свете. Я моргнул – и видение исчезло. А вот легкое марево перед глазами – нет.

— Зачем все это? – только и смог спросить я.

Донни уже преспокойно стоял в сторонке, будто произошедшее вообще его не касается.