Книга Ло. Подарок для принцессы, страница 28 – Лолита Моро

Аккуратный чиновник моргнул. Снова почитал информацию в приборе. Разумеется, мой пол там указан как женский. А про солдатское житье и намека нет.

Минутная пауза. Офицер думал. И раздался дежурный вопрос:

— Цель поездки?

Осмотр достопримечательностей, хотела объявить я вслух. Но тут мне на глаза попался прейскурант цен на вход в эту «древнейшую жемчужину Востока». Достопримечательности обходились туристу аж в целый фартинг (двадцать монет в пересчёте на кроны), зато торговые намерения оценивались всего в одну крону.

— Торговля, — не моргнув глазом, обнародовала я.

— Подробнее, пожалуйста.

На лице молодого человека в бежевой форме родилось что-то вроде улыбки. Он слегка облокотился на каменный выступ в тысячелетней кладке караульного помещения. Смотрел блестящими черными глазами. По-моему, налюбоваться нахальной мной не мог.

— Хочу на вашем знаменитом базаре шальваров прикупить. И золотых кофточек. В полосочку. У меня лавка в Побережье, — я пошла в своем вранье до конца.

— Шальвары? Штаны из шелка? — изумился таможенник. Разморозился окончательно.

— Ну, назовем это — женская домашняя одежда. Изделия чудесных рук ваших замечательных мастериц пользуются успехом у наших дам, — я погнала обаяние на всю катушку и изобразила махательные движения обеими руками, — не меньше десяти комплектов планирую приобрести. Или даже двенадцати.

Чиновник провел по лицу чистой, без колец и татуировок, ладонью. Попытался стереть улыбку.

— Я помечаю в документе: цель приезда — оптовая торговля. Цена на вход бесплатно, — проговорил он. Добавил — Желаю приятного времяпровождения, господин имперский пограничник Петров.

Приятный парень. И взяток, поди, не берет. Во всяком случае, не от таких сомнительных торговцев, вроде меня. Я оглянулась, спеша спросить у него насчет представительства имперской резидентуры в Бохоро. Таможенник, не глядя, ткнул трубкой определителя в стену над моей головой.

Огромный плакат-памятка для туристов. Тысячи можно и нельзя. Нельзя ни под каким видом. Нельзя ни в коем случае. Нельзя под страхом смерти. В самом углу мелким шрифтом для самых настырных имелся адрес резидента Великой Империи в городе. Обходная улица по левую руку от Шахристана, 13-й мульк. Я вытащила Ванин коммуникатор и забила в его мозг географическую пургу с плаката. И не удивилась, найдя через минуту аппарат в умственном отчаянии.

— Через десять минут заканчивается моя смена, — раздался приятный баритон улыбчивого таможенника, — я мог бы вам помочь. Если, вы, разумеется, нуждаетесь. Господин Петров.

Я вдруг осознала, что общаемся мы с самого начала на высоком имперском языке. Мой собеседник очень старается, даже слишком, чересчур правильно выговаривая буквы и звуки. Жил в Столице? Учился в Империи?

— Я подожду, спасибо, — я охотно кивнула. Не чувствовала от неожиданного доброжелателя ничего опасного. Наоборот, интересно! Что понадобилось от моей персоны этому любителю культурной имперской речи? Желает совершенствоваться или планирует упечь в каталажку с Иваном за компанию?

Я прошла насквозь амбразуру Западных ворот в сумрачной толще городской стены. На воле солнце выкатилось на небосвод. Торопило зной, суша ночную влагу на каменных плитах улочек и зажигая свои отраженья в тонких струйках воды фонтанчиков и хаузов.