Книга Жена на замену, страница 171 – Сашетта Котляр

Я тоже на это надеялась. Но Рэй как-то очень брезгливо вытер губы, словно стирая прошлый поцелуй, и бросил:

— Ты знаешь ответ на свой вопрос, Ник.

Тот невесело рассмеялся:

— Пожалуй, так и есть. Уел. Что касается папы, он… постепенно он начал узнавать меня. По-настоящему. Узнал матушку, хотя её это, кажется, не обрадовало. Но в остальном — целители говорят, что его разуму нужно довольно много времени на восстановление, скорее всего несколько лет. И прежним он уже не станет, так что о короне речи не идёт. Просто верните мне отца, — в этой фразе было столько горечи, что я простила даже использование нас с Рэем «втемную». — Это то, что я говорю богам. Простите, даэ Геллерхольц, что вы стали невольной свидетельницей моих откровений. Вопрос вашего супруга задел слишком давнюю, и одновременно с тем совершенно свежую рану. Но я понимаю, почему он спросил. Да, надежда есть. Не такая яркая, как мне бы того хотелось, но всё же есть.

Я тихо вздохнула. И решилась сказать:

— Я никому не пожелала бы того, что вам пришлось пережить. Но вам нечего стыдиться. Боль говорит о том, что вы живы и способны чувствовать. А бесчувственный король — это катастрофа для государства. Поэтому, если вам станет хоть немного легче: ваша боль говорит о том, что вы — не Стефан.

Его Высочество только рассеянно помассировал сам себе виски, и ответил:

— Спасибо за участие. Да уж, превратиться в существо, подобное моему братцу я бы точно не хотел. Хотя если бы он был нормальным, с отцом всё было бы в порядке… к демонам. Не хочу слишком надолго задумываться о том, почему Стефан такой. Сразу начинаю гадать, что мы могли сделать, чтобы предотвратить его… превращение. И неизменно склоняюсь к мысли, что лучший способ — удушить, пока он лежал в младенческой колыбели. А мысль эта мне совершенно не нравится.

Он огляделся вокруг, словно очнувшись ото сна, и заметил:

— Впрочем, это всё лирика. Дайнеке Алькарро передавала, что если вы готовы продолжать работать с больными, то возвращаться лучше завтра на рассвете. Лечение эффективнее всего, пока длится световой день. И да, да. Эта женщина совершенно не смущается того, что просит передать свои слова аж целое Высочество. За это я её и люблю.

Я согласно кивнула. Рэй едва слышно вздохнул.

— Провожать тебя я всё равно буду.

Мне оставалось лишь кивнуть. А Его Высочество благополучно отправился по делам.

Казалось, у нас установился какой-никакой режим, рутина, которую не нарушали новые катастрофы. Постепенно приближались массовые суды над пособниками Стефана, длились и длились поиски самого принца. Периодически вскрывались новые и новые его мелкие пакости, но казалось, он не преследовал цели навредить. Скорее просто напомнить о себе, и продолжать держать нас настороже. Я склонялась к мысли, что он чего-то ждёт, и для этого пострадавшие нужны ему живыми и относительно-здоровыми.

Каждое утро я отправлялась порталом вместе с Рэем к дайнеке Алькарро, где заряжала амулеты и слушала её лекции о медицине без магии, о магическом лекарском искусстве, и о том, с какими критическими ситуациями сталкивается практикующий лечащий волшебник. Попутно она умудрялась посвятить меня в нюансы драконьей культуры, да и не только драконьей, и рассказывала, какие могут быть ограничения для лекаря в разных странах.