Книга Капли крови: Город Греха, страница 98 – Сашетта Котляр

Бертран открывал рот, собирался что-то сказать, но Рик продолжал, и он как будто не решался перебить.

— Это, во-первых. Во-вторых, твои люди дают неполную, а то и вовсе лживую информацию, сознательно саботируя поимку этого типа. А в третьих… Если ты продолжишь говорить с нами в таком тоне, я обеспечу тебе всемирную славу человека, скрывающего убийства, чтобы не лишиться потока туристов. И запись, как ты орал на безутешного дядю, потерявшего племянника, уйдет на телевидение для прослушивания обеспокоенными зрителями прямиком в прайм-тайм.

Наконец, Бертран отмер, и снова начал орать, но уже на Алаверо. Меня они оба игнорировали, и я ощущала себя свидетелем представления, или зрителем в кино. Рику хотя бы хватило совести попросить меня «не отсвечивать», О’Дэйли же просто решил, что я здесь вроде симпатичного аксессуара при сверхсекретном агенте. Впрочем, люди часто меня недооценивали, особенно мужчины, так что я залезла в сумочку и в самом деле включила диктофон.

Не знаю, блефовал Алаверо или нет, а стереть с записи все лишнее, если оно там появится, и продать ее журналистам я действительно смогу. И это прославит маленький курортный городок на всю страну. Не так, как хотелось бы Бертрану, но определенно прославит.

Похоже, мысли Алаверо текли приблизительно в том же направлении, потому что он выслушал крики мэра с каменным выражением лица, несмотря на то, что он перешел к прямым угрозам:

— Ты, щщенок вконец обнаглевший! Ты думаешь, я не могу избавиться от вашей так-себе-парочки, если вдруг вы действительно решите пойти против меня!? — в конце концов закончил свою речь О'Дэйли. Рик рассмеялся, театрально запрокинув голову.

— Ну вообще-то… нет, не сможешь. Запись уже у Джеффа, мы плодотворно постояли возле двери. Если с нами что-то случится, она уйдет в СМИ. А теперь, если ты закончил с бессмысленными угрозами и громкими криками, предлагаю перейти к конструктивному диалогу. Что конкретно случилось, и почему вообще погиб племянник Слэя?

Бертран помолчал, словно что-то обдумывая, потом придвинул к себе один из принесенных, видимо, для нас, стульев, сел на него, и начал рассказывать уже совершенно спокойным тоном, как будто и не было никакой вспышки гнева. Видно, он что-то для себя решил и после этого успокоился.

Говорил он долго, минут сорок точно, и в результате я поняла, что он не просто так истерил. Это дело очень дурно пахло и было просто до одури странным, не вписывающимся абсолютно ни в какие рамки разумного.

Со слов мэра, которым я почему-то верила, оказалось, что все три тела нашли в кладовке. Как они там оказались, не знал ни Слэй, ни сам Бертран. Свидетелей не было. Возможно, на этот вопрос смог бы ответить сам мальчик, потому что его труп был самым «свежим», без следов разложения, и лежал там, по всей видимости, не больше нескольких часов. В кладовке было довольно прохладно, там хранились овощи, так что тело осталось в относительно презентабельном виде.

А вот двое других — та самая официантка Мари и ее, как выяснилось, муж — Джеймс Валентайн, успели полежать где-то еще, и представляли собой зрелище не для слабонервных. Если мальчика просто по-быстрому прирезали, видимо, как свидетеля, то они полностью вписывались в почерк маньяка, скажем так.