Книга Его грешная одержимость, страница 151 – Виктория Кузьмина

Я чувствую его как себя. Метка жжет на руке, и мы разрываем объятия и оба смотрим на свои руки, где недостающие кусочки розы проявляются на коже, делая рисунок, что осыпался пять лет назад, единым. Больше нет пустот в ней. Она вновь идеальна, как и была.

Кажется, мы только сейчас оба начинаем дышать, встречаясь шокировано глазами. Связь между сердцами натягивается красной нитью судьбы.

— Я люблю тебя.

Шепчем в унисон, сплетаясь в нежных объятиях без намека на жар, что горел пару минут назад. Он уступил место нежности.

Укутавшись в пуховик плотнее в попытке спастись от холодного ветра, я поджала трясущиеся губы.

Внутри груди, где-то за ребрами щемило нестерпимо. Если Каин чувствовал это все пять лет, что мы были в разлуке, то я не знала, как он не свихнулся. Чувство болезненного беспокойства зудом по каждой клетке тела проходилось и не исчезало, что бы я ни делала.

Стоило мне выйти из камеры, как апатия накрыла меня с головой. Мало, безумно мало времени нам позволили побыть вдвоем. Но, если учесть, что его вообще могло не быть, то, пожалуй, нам очень повезло.

Каин был серьезно настроен оторвать своему другу голову, а я уже присматривала билеты на курорт на пару недель, надеясь успеть прежде, чем муж доберется до него.

Альфа переживал и расспрашивал меня обо всем, что произошло. После того как мы оторвались друг от друга, у нас осталось пять минут, и мы поговорили, пока одевались. Злость его от всего услышанного была настолько сильна, что охранник, который толкнул меня, еле на ногах стоял от давления, открывая дверь.

У бедолаги даже кровь носом пошла из-за конфликта аур, видимо, он агрессивно пытался подавить Деза.

Вот только я единожды видела почти равного по силе и агрессии альфу. И это был мой брат. Я, конечно, подозревала, что на собрании союза были отнюдь не слабаки, но они не выпускали ауру в моем присутствии.

— Сядь в машину, у тебя уже губы синие. — Затянувшись, Саян выпустил дым в небо.

— Н-не хочу. Там душно, и мне нужно остудить голову. — Подняв ворот выше, я поежилась.

— Я-то думал, вы делом занимались и телом наслаждались, а он тебе мозги клевал. Теряете хватку. Похоже, похороны у мусорки отменяются, и рядом с вашей спальней все же будет тишина? — Ехидно прищурившись, он затушил сигарету, метко выкидывая окурок в снег у причала.

— Ага, спины мазью намазали и спать. Старенькие уже для рандеву под луной… Это у тебя еще все впереди, Саян. Жаркие ночи с рукой в ожидании встречи два раза в год. — Я кинула шпильку в ответ, и он, видимо, не ожидал именно такого подкола, потому что нахмурился и забурчал под нос.

— Я породил чудовище. Ты была такая милая, когда молчала, честное слово, я зря подружился с Каином. Нужно было не на боевые искусства в детстве проситься, а на балет.

— Все еще можно наверстать, но я бы не хотела видеть тебя в прозрачных колготках и маечке. Моя слабая психика не переживет такой удар, а психологи сейчас дорогое удовольствие.

— У твоего мужика денег больше, чем в бюджете по обеспечению города раза в три, это только видимых активов. — Со смешком протянул мужчина и серьезно вгляделся в небо.

— Летят? — Вглядываясь в темное небо, я спрятала руки в карманы переступая с ноги на ногу по хрустящему снегу. Замерзла безумно, но наедине с собой оставаться не хотелось даже на лишнюю минуту. Это угнетало.