Книга Побег в сказку и свекровь в придачу, страница 39 – Елена Ха

— Ведьма ты, Ксана! Зачем отправила меня к Глаше? Знала же наверняка, какую правду я узнаю. Как теперь жить-то? Тошно мне…

И на пол полетел самовар, который Ксюша не успела убрать со стола. Хорошо, что тарелку, чашку и осколки миски она держала в руках.

Из кухни выбежал Данила и с охами кинулся к Илье:

— Ох, что ж это делается, еще утро, а ты уже навеселе. Илья, иди домой, пока дел не натворил.

Хозяин шустро схватил парня за плечи, развернул и начал подталкивать к выходу.

— Это все ты, ты виновата! — кричал несчастный влюбленный, — Не видать тебе счастья, ведьма!

Когда Данила закрыл за разбушевавшимся Ильей дверь, Ксюша осела на ближайшую лавку.

— В чем ты виновата? — скрестив на груди руки, спросил Данила, вставая над расстроенной работницей.

— Я его вчера отправила откровенно поговорить с Глашей. Ну и вот результат… — глотая слезы обиды, призналась Ксюша.

Она ведь просто помочь хотела. И в чем она виновата? Не она же изменяла хорошему парню…

Данила вздохнул:

— Не бери в голову. Проспится, еще прощения просить будет. Курники проверь.

Ксюша ушла на кухню. Вынула из печи готовый пирог и стала помогать Пелагее варить похлебку, густую, наваристую. Но тут в тишине трактира раздался веселый голосок Анюты:

— Ксюша, где Ксюша, дядя Данила?

Попаданка не стала ждать, когда за ней придут, кинулась к девочке сама. Она искренне жалела эту милую малышку, такую разумную не по годам, оставшуюся без любви матери. От бессердечного отца-чурбана ласки не дождешься, как и от бабки-ведьмы. Стоило Ксюше выскочить из кухни, она замерла столбом, потому что Анюта сидела на руках отца. Тот нежно улыбался малышке, грубые черты лица мужчины смягчились, глаза лучились любовью. В этот момент он был красив, и взрослая, умудренная жизненным опытом попаданка залюбовалась этой картиной, замерев с открытым ртом.

— Ксюша, — заметив свою спасительницу, воскликнула девочка и протянула свои ручки навстречу.

— Доброе утро, — покраснев под внимательным взглядом воеводы, поздоровалась девушка и взяла Анюту на руки, прижала к себе, погладила по светлой макушке, — Как ты, милая?

— Все хорошо. Папа рядом, — с гордостью посмотрев на отца, ответила малышка, — А мы тебе подарок принесли!

— Мне?.. — почему-то испугалась Ксюша.

Только подарков воеводиных ей не хватало.

— Ты спасла мою дочь. Я в неоплатном долгу перед тобой, — спокойно пояснил Трофим, — Прими в благодарность.

И протянул растерявшейся девушке мешочек. Ксюша поставила Анюту на пол и дрожащими руками развязала его, заглянула внутрь. Там были бусы из бирюзы. Красивые, тонкой работы, а главное, они идеально подходили под цвет небесных глаз девушки. Она достала подарок и с восторгом рассматривала в тусклом свете.

— Нравится? — радостно спросила Анюта.

— Очень! — выпалила Ксюша и тут опомнилась, посмотрела на Трофима, следящего за ней с нечитаемым выражением лица, — Но я не могу принять подарок. Это слишком дорого.

— Обидеть хочешь? — нахмурился воевода, — Норов показываешь?

В груди Ксюши поднялась буря возмущения. Она уже хотела высказать наглому, самовлюбленному павлину, что ей не нужно показывать ему норов, потому что жалко тратить на это силы. Но тут ноги девушки обхватили теплые детские ручки, и Аня, заглядывая в глаза своей спасительницы снизу вверх, попросила: