Книга Побег в сказку и свекровь в придачу, страница 60 – Елена Ха

— Кто за кем следить должен еще не известно! — пробасил Трофим от дверей спальни.

Взвалив хохочущую дочь на плечо, он вышел на улицу.

После завтрака они пошли в церковь, где их уже поджидали мрачные матери. Агриппина Аристарховна стояла в центре с гордо поднятой головой, и весь ее вид кричал о презрении. Марфа Степановна неприступной холодной глыбой возвышалась рядом.

Венчание прошло для Ксюши незаметно, батюшка читал молитвы красиво, с чувством. А юная жена ощущала всем своим существом силу Трофима, стоящего рядом, и ей было от этого ощущения легко и спокойно.

Стоило батюшке вручить молодоженам их иконы, как обе матери засобирались по домам, не особо разделяя радость своих детей. Трофим проводил свою мать грустным взглядом, а вот Ксюше было все равно, ведь Марфа не была для нее матерью. Попаданке лишь было жаль Оксану, которой пришлось жить с этой леденящей душу суровостью.

В отличие от старших родственников, Анюта не стеснялась выражать свою радость:

— Ура! Теперь у меня есть мама! Батюшка, я так рада!

Этим заявлением она растрогала обоих родителей, вызвав у них слезы умиления. Девочка еще и расцеловала их по очереди.

По случаю праздника все семейство воеводы отправилось в трактир «Сытый мерин». Где уже сидели староста и вдова, рядом Илья и Параня, несколько дружинников и хозяева заведения.

Молодоженов встретили громкими криками одобрения и пожеланиями всех благ.

— Гуляем за мой счет! — объявил Трофим, и начался настоящий пир.

Гости пили и ели без меры, смеялись и травили байки. Староста все ближе склонялся к вдове, даже умудрился приобнять ее и положить свою широкую ладонь на ее бедро. Но той было так весело, что она ничего не замечала, в отличие от других посетителей.

— Как у вас дела? — спросила Ксюша Пелагею.

— Да хорошо, нам сейчас вдовица помогает, но чую ненадолго это счастье. Уведут и ее. Вона как староста возле нее петухом крутится, — вздохнула хозяйка.

— Кажется, у нас этой осенью будет сразу три свадьбы! — громким шепотом поделился своими мыслями Данила.

— Это ж чьи-и-и? — икнул веселый рябой мужик, сидящий напротив хозяина таверны.

— Давай вместе считать! — радостно предложил Данила, его так и распирало от желания посплетничать, — Илья и Параня — раз! Настя и Фома — два! Староста и вдова — три!

— Может, еще Глафира Семена до алтаря дотащит, — хохотнула Пелагея.

— Это вряд ли, — откликнулся рябой мужик, — Парень испужался, что ему придется нищую старую деву в жены брать, его уже пару дней как нигде не видать. Схоронился…

— Да и пусть живут, как знают. Сами виноваты в своих бедах… В нашем селе в этом году и без них оживленно. Если бы еще не бандиты, год счастливым можно было бы назвать, — продолжал рассуждать Данила.

Вскоре женщины затянули песни, а мужчины пустились в пляс. Ксюше их прыжки и приседы больше напоминали акробатические трюки, но смотреть на силу и ловкость мужчин было приятно.

Ксюша поняла, что пора домой, когда Анюта засопела рядом с ней на скамейке, поджав ножки и положив свою светлую голову ей на коленки. Трофим тем временем спорил со старостой о том, что он обязательно поймает разбойников, и тогда многие удивятся тому, кто в их банде окажется.

— Муж мой, нам пора домой. Анюта уже спит, а кое-кто сейчас разболтает все важные секреты!