Онлайн книга «Побег в сказку и свекровь в придачу»
|
Попаданка и хотела бы возразить, что не от нее он бегал, но открывать свой секрет мужу не решилась. Когда Оксана вернется, пусть сама и разбирается… Вместо этого, поцеловав мужа в щеку, она обратилась к свекрови: — Агриппина Аристарховна, а ты, правда, сказала, что я единственный разумный человек в вашей семье. Это ты меня так похвалила? Знахарка насупилась, бросила сердитый взгляд исподлобья на невестку и проворчала: — Похвалила. И благодарю тебя за все, что ты сделала для меня и для сына. Я же знаю: твоя черника в ту ночь и суп вчера помогли мне довести дело до конца. Без твоей силы мне бы своих не хватило. Прости, что сомневалась в тебе и всячески портила жизнь. Обещаю, что теперь я буду поддерживать тебя. Но если узнаю, что ты моему сыну рога наставляешь… — Значит, мир? — перебила ведьму Ксюша, заметив, что Трофим хмурится и готов кинуться на защиту жены. — Мир! — кивнула ведьма и, бросив испуганный взгляд на сына, добавила, — И ты, Фима, прости меня. — Уже простил. Ты же мать моя. Родителей не выбирают… — Хорошо, спасибо… Идите к себе. Уверена, я завтра утром буду стрекозой летать. Всех твоих товарищей залечу, они у меня будут здоровыми, как младенцы! Трофим улыбнулся, поцеловал мать в лоб и, взяв жену за руку, зашагал прочь. Супруги домой возвращались молча, а стоило им оказаться в спальне, Трофим словно сорвался. Так страстно и нежно целовал жену, ласкал долго, сжимал в объятиях крепко, будто боялся, что она ускользнет от него. А когда влюбленные засыпали, он так и сказал на ушко Ксюши: — Душа моя, я так тебя люблю и знаю, чувствую, ты тоже меня любишь, но меня не покидает страх потерять тебя. Знай, я никому тебя не отдам. Ты моя! Только прижав жену к себе, он успокоился и крепко уснул. А вот Ксюше не спалось, слова мужа растревожили ее. Она понимала его страх, хоть и не понимала, откуда он у него взялся. «Трофим никак не может догадываться, что в теле Оксаны чужая душа. Неужели он интуитивно чувствует это и любит именно меня, Ксюшу?» — билась радостной пичужкой шальная мысль. Попаданка то погружалась в тревожную дрему, то выныривала из нее. Эта мука перехода от неопределенности к абсолютному счастью грызла ее изнутри, заставляя все внутренности сжиматься и замерзать. С одной стороны, Ксюша чувствовала себя счастливой, ведь она любила и была любима, со знахаркой, опять же, удалось наладить отношения. Живи и радуйся. Но с другой стороны, месяц, отведенный на спор, подходил к концу, а значит, скоро она потеряет это счастье, и от этого становилось так тоскливо на душе, что невозможно было усидеть на месте. Едва за окном забрезжил рассвет, Ксюша выскользнула из надежных объятий мужа и вышла на улицу. Ей хотелось проветриться, вдохнуть полной грудью чистый воздух, ощутить утреннюю прохладу и запах чистоты природы. Она выскочила в калитку за огородом и села на берегу реки, раздумывая, не искупаться ли ей. Картинки из прошлой ночи с мужем заставляли ее щеки пылать. Ксюша счастливо улыбнулась, дотронувшись до своих припухших от страстных поцелуев губ, как вдруг вода в реке почернела, и сквозь эту пелену мрака проступили знакомые женские черты… Рыжие волосы хоть и были в беспорядке, но блестели, будто наполненные светом. Глаза, которые Ксюша видела каждый день в зеркале на протяжение пятидесяти лет, тоже сияли, и это были отблески счастья. Оксана в теле Ксюши стояла в халате и босая. В том далеком и родном мире была ночь. Рассмотрев окно, залитое лунным светом, попаданка поняла, что портал открылся на кухне, но силуэты мебели и обстановку было не узнать. |