Книга Пока не будешь счастлив, страница 141 – Анастасия Нуштаева

— Ты опоздала, – заявил Женек, не торопясь меня впускать.

— Какой кошмар, – сказала я без должного энтузиазма.

Женек ждал, что я буду оправдываться. Он не открывал дверь, чтобы я могла войти. И только потому, что к рукоприкладству я пообещала сегодня не прибегать, и дверь, и Женек пока что оставались целыми.

— И как мне искупить свою вину? Рассказать стишок как Деду Морозу?

— Можешь посидеть у меня на коленях молча.

Ну выдумщик. Я толкнула Женька плечом и протиснулась в квартиру.

Здесь не было накурено, не слышался звон бокалов, и музыка играла приличная, не мизогинная. Я не стала расстраиваться раньше времени, хотя захотелось. Но когда я зашла в гостиную, которая была и спальней, и кухней, то не сдержалась и захныкала.

В комнате нас было шестеро, поровну мальчиков и девочек. Все – мои одноклассники со школы. Наверное, каждому за одиннадцать лет учебы я успела сделать какую-то гадость, потому что они не были рады меня видеть и не скрывали этого. Ну, кроме Женька. Когда я зашла в комнату, разговоры затихли. Слышно было только, как шипит лимонад в чьем-то стакане. Лимонад. Не шампанское. Вечер и вправду будет унылым.

Я бы не захныкала, если бы не увидела «Взрывных котят». Никогда в них не играла, но заранее не любила, потому что… Ну это же настольная игра! Настольные игры нравятся только занудам, а я не зануда. Единственная настольная игра, в которую я как-то играла, была монополия. Отвратительная. Я влезла в кредиты и через круг попадала в тюрьму. Не знаю, есть ли тюрьмы во «Взрывных котятах», но я точно туда сяду.

— И это твой секретный гость? – сказал Миша.

Где-то на лбу у него есть шрам. В шестом классе мы подрались из-за циркуля. Циркуль во время драки был в моей руке.

Я с недовольным лицом обернулась к Женьку. Почему он не сказал, кто именно придет?

— Если бы я сказал, что придет Алиса, то вы бы отговорили ее звать.

Вообще-то я сама напросилась, но возмутиться я не успела. Во-первых, я испугалась, что Женек научился читать мысли. Иначе как он мог ответить на вопрос, которого я не задавала. Но тут же я поняла, что он отвечает не мне.

— Она нам весь вечер испортит.

— Вообще-то я здесь! – напомнила я со злостью.

— Вот видишь, – сказал Миша, не глядя на меня. – Уже начала.

— Да ладно вам, все будет нормально… Ручаюсь за нее.

С этими словами Женек положил руку мне на спину, чтобы подтолкнуть к импровизированному столу.

Я дернула плечами, глянула на него исподлобья, чтобы не командовал больше, и по доброй воле села на пол рядом с полем карточной битвы. Чуть погодя рядом опустился и Женек, стараясь избежать положения, при котором наши коленки соприкоснутся.

Вернее было сказать, что стол отсутствовал. Ребята сидели в кругу. Кто поджал под себя ноги, кто лежал на животе. В середине возвышалась стопочка из карт. За игровым кругом валялись полупустые коробки с пиццей.

— Есть что-нибудь покрепче? – спросила я, отняв у Миши стаканчик с лимонадом и принюхавшись.

— Могу заварить тебе крепкий чай, – сказал Женек.

Все, кроме меня и Женька, засмеялись. Предатель. Я глянула на него, но он даже не улыбнулся. Ненавижу, когда так делают – шутят, но даже уголком губ не улыбаются. В такие мгновения чувствуешь себя глупой. Я вообще почти все мгновения рядом с Женьком чувствовала себя глупой, но только сейчас это меня напрягло.