Книга Пока не будешь счастлив, страница 59 – Анастасия Нуштаева

— Алиса? Привет. Что-то случилось?

Я улыбнулась. Ну почему сразу что-то случилось? Да, я никогда не звонила ему просто так, но ведь всегда бывает первый раз.

— Да, – сказала я. – Случилось. Кирилл не может меня забрать. У тебя получится?

Я понятия не имела, может Кирилл приехать или нет. По моей задумке он сейчас был не нужен.

План я придумала до гениального простой. Нужно заставить Кирилла немножечко поревновать. Тогда ему башню сорвет, и он не сможет даже думать о всяких там Виках. Зачем, если есть такая Алиса?

Благо, кандидат для вызывания ревности имелся.

— Прям щас?

Без эмоций эта фраза звучала как оскорбление. Но интонация все объясняла. Из-за нее я не сомневалась – Артем так обрадовался моей просьбе, что бросит, чем бы он сейчас не занимался, и подгонит ко мне на своем драндулете.

Договорились, что он подъедет часа через полтора. Я сбросила вызов, не попрощавшись. Все-таки еще встретимся сегодня. А затем кинулась домой. Дел еще много, а времени всего полтора часа.

Но дома, конечно, не обошлось без скандала. И, как всегда, из-за горошка. Горошек раздора, получается.

— Алиса, одна просьба, – сказала мама, едва я зашла.

Ее не удивило, что я вернулась раньше положенного. Она не спросила, как мои дела на работе, не поинтересовалась, почему я такая радостная, хотя обычно мое настроение противоположное.

— Сходи, пожалуйста, за горошком, – вместо всего этого сказала мама.

— Нет, – ответила я без объяснений.

Я стояла в коридоре, склонившись, как страус, который прячет голову в песок. Но если страусы так скрываются от опасности, то я развязывала шнурки. Хотя после такого ответа маме, стоило найти местечко, где можно спрятаться от ее гнева.

— Алиса, – сказала мама, выглянув из кухни.

— Привет, – сказала я, подняв голову, но не разогнувшись.

Дурацкие шнурки запутались. Очень не вовремя. Пока не разуюсь, не попаду в комнату, а пока не попаду в комнату, буду слушать речи о том, какая я плохая дочь.

— Пожалуйста, помоги, – продолжала мама, пока еще спокойно. – Очень нужен горошек. Ты же знаешь, оливье без горошка…

— Как елка без звезды, – закончила я за маму, надеясь таким образом перехватить инициативу и первой начать на нее наезжать. – Это ясно. Не ясно только почему ты не позаботилась о горошке заранее, раз он такой важный.

Самые ужасные в мире шнурки, которые достались моим кроссовкам, кто-то склеил. Я бы уже разрезала их, если бы под рукой были ножницы. Но я еще не настолько отчаялась, чтобы идти в комнату за ножницами и выслушивая ругань за то, что пошла по квартире, не разувшись.

— Его не было в магазине, когда я закупалась. Закончился.

Я молчала. Эту отговорку я уже слышала и ответ на нее давала. И даже знала ответ на свой ответ. К тому же шнурки наконец-то развязались.

— Нет, – сказала я, стаскивая кроссовки. – И точка.

С последним словом я нырнула в свою комнату и захлопнула дверь прямо перед маминым носом. Получилось драматично, и я заулыбалась. Словно заметив это, мама застучала по двери, как барабанщик-металлист по райду.

Я предусмотрительно закрылась. Когда-нибудь я доиграюсь, и моя комната окажется без замка. И без дверей. Но пока что можно наслаждаться относительным покоем. Я надела наушники, чтобы не слышать маму, и принялась наводить марафет.