Книга Госпожа Злодейка скрывается в тумане, страница 16 – Анна Герасименко

— Вот, Драгоценна Добросветовна, прими, — Лучезара протянула мне птичку на ладони, она старалась сдерживать своё волнение и встревоженность, но была слишком юна, чтобы делать это безупречно. — Я на этом крыле вырезала знаки “друг”,”доверие” и “помощь”, а на этом — знак нашего рода.

О! А я думала, это просто художественный элементы! Хотя могла бы и не удивляться, как-никак уже тринадцать лет живу в обществе, где любое декоративное изображение имеет своё культурное, мистическое или философское значение, и никто ничего просто так нигде не рисует, не вышивает и не ваяет.

— Мы выступаем завтра и сделаем всё, чтобы вытащить твоего брата, — пообещала я, забирая свистульку, девушка кивнула.

Мой брат потянул её за подол ханьфу и спросил старательно выговаривая слова чужого языка:

— Ты учи мне птица делать чтобы свистит?

— Конечно, научу, — кивнула Лучезара и взялась за оставшуюся глину.

Син-Син рьяно взялся учить русский язык, очень уж его не устраивало, что и я умею на нем говорить, и Ху Шуйшэ умеет, и загадочная златовласая дева из далёких земель тоже, один он не при делах. Мальчишки, что человеческий, что нечеловеческий, отлично отвлекали Лучезару от переживаний за Светозара. У них с братом имелась духовная связь, какая бывает у двойняшек-близнящек, даже если они обычные люди. Девочка чувствовала, что родному человеку плохо, она даже спать не могла нормально, все ночи проводила в медитациях, энергетически поддерживая Светозара на расстоянии. На то, чтобы разведать ситуацию и выработать план спасения у нас ушло чуть больше недели. И всё это время, каждый день, который Лучезара проводила в сытости и безопасности, а её брат – в боли и голоде, она воспринимала как своё предательство по отношению к нему и изводилась тревогой и чувством вины, если только мелкие проказники не занимали её чем-то другим.

Захват разбойничьего логова и заклинательского псевдоклана, спасение пленника и “раздачу пряников справедливости” всем, кто заслужил, решили проводить на рассвете. Цели поделили таким образом: разбойников брали на себя синхончженьцы, а преступных заклинателей — Ци Юньсяо со товарищи. План был следующий: сначала я тихо и незаметно вывожу Светозара. Прикрывающий наш отход Чжень Дэмин устраивает всяческие диверсии внутри разбойничьего гнезда, а остальные боевики нашего клана берут это самое гнездо в окружение и нападают снаружи. Разбойники, видя, что по их души приперлись не простые люди, а “господа бессмертные” вызывают своих покровителей. И когда часть заклинателей-преступников отправляется узнать, кто такой борзый шалит на их территории, их собственную обитель начинают атаковать “заклинатели из трущоб”. Разделяй и побеждай, или как-то так.

И начаться всё это действо должно было с меня, и я, естественно, волновалась, осознавая ответственность, и очень надеялась, что не подведу!

Мы с Чжень Дэмином неслись в предрассветных сумерках по верхушкам деревьев, применяя лёгкий шаг цингун. Так было быстрее, чем идти по лесу, и безопаснее, потому что разбойники нашпиговали пространство, окружавшее их логово, всякими разными ловушками. Не то, чтобы заклинателям могли всерьёз навредить ловушки, рассчитанные на простых смертных, но нам пришлось бы тратить время на то, чтобы их избежать или из них выбраться, что привлекло бы ненужное внимание, а это не входило в наши планы.