Книга Госпожа Злодейка скрывается в тумане, страница 9 – Анна Герасименко

Сопроводив нас до дома, Ван Мэй и Хуан Чжу последовали вслед за мной в гостиную, всем своим видом показывая, что не собираются оставлять меня один на один с незнакомкой. Одна из девушек отправилась готовить чай, а другая заняла место в углу и слилась с обстановкой.

— И что? Во всём доме ни одной лавки нет и ни одной скамьи? — неверяще спросила моя белокурая гостья, косясь на подушки перед чайным столиком. — И все всегда сидят на полу?

— В купальне есть маленькие скамеечки, так что, когда моются, на полу не сидят, — успокоила её я и показала пример, усевшись на большую плоскую подушку. — Может, ты не голодная и в купальню сначала хочешь?

Девушка решительно села напротив меня, скопировав позу, и твёрдо сказала:

— Я хочу побыстрее увидеть своего брата!

Тут она была права, со спасением мальчишки лучше было бы не затягивать, у разбойников ему с каждым днём становится всё хуже.

— Где он? Что с ним? — продолжала задавать вопросы юная блондинка и чем дальше, тем сильнее волновалась. — Где мы вообще находимся?

— Мы находимся в Цзянху, это означает — Край рек и озёр, — ответила я, уже предчувствуя, что это ей ничего не скажет.

— Это где-то в Черноводье? Но я не чувствую здесь Нечистую Силу, всё пропитанно Живой, как в Беловодье! И люди… хоть и выглядят по-другому, всё же люди, а не нечисть!

— Так… — прервала я поток вопросов, — мы с тобой не с того начали. Давай сначала познакомимся…

Девушка вытаращилась на меня, как будто забыла о чём-то важном, потом вскочила на ноги, отвесила мне глубокий поклон до пола и продекламировала:

— Здрава будь, хозяюшка. Благодарствую за хлеб-соль да и за спасение! Зовут меня Лучезара Мечеславовна, княжна Залесская.

— И ты здравствуй, Лучезара Мечеславовна. Присаживайся, чувствую, разговор у нас будет долгий. Моё имя Чжень Дэйюй.

— Женьдею, — попыталась повторить Лучезара. — А по батюшке?

— По батюшке… — я представила, как она будет звать меня “Женьдею Дэминовна”, мысленно скривилась, решила до такого кошмара не доводить и взялась пояснять: — “Чжень” — это имя рода, здесь не называют отчеств, но имя рода говорят обязательно, причём в самом начале. Имя моего рода означает “Игла”. “Дэйюй” — моё собственное имя, означает “чёрный нефрит” — редкий драгоценный камень. Имя моего отца… названного отца — Дэмин, означает “Светлая добродетель”. Так что называй меня Драгоценна Добросветовна. Приятно познакомиться!

Весьма вольный перевод получился, конечно, и тоже довольно дико звучал на мой вкус, но называться Евгенией Сергеевной, как в прошлой жизни, было бы не менее странно, или даже более. Для Лучезары, как и для местных китайцев греческое имя “Евгения” и отчество от римского “Сергей” звучали бы как странный набор звуков без всякого смысла, а они к такому непотребству в роли имени не привыкли и вряд ли поняли бы.

— Приятно познакомиться, Драгоценна Добросветовна, — повторила за мой девушка.

— Давай пока отложим остальные вопросы и поговорим о главном. Ты сможешь показать то место, где на тебя с братом напали? На карте найти или хотя бы направление подсказать? — спросила я, не особо надеясь на положительный ответ, это было бы слишком хорошо и неправдопобно.

В подтверждении этого Лучезара с сожалением вздохнула:

— Нет, где это случилось, не знаю и направление показать не смогу. Один из тех, кто на нас напал, швырнул в меня что-то, вроде бы маленькую стрелу, она меня едва царапнула, и я потеряла сознание, а очнулась уже в какой-то развалюхе, связанная и с ошейником среди других таких же девочек, и одежда на мне уже была вот эта, а не моя, — на последних словах она нервно передёрнула плечами, должно быть, ей было не по себе от мысли, что кто-то её трогал и переодевал, пока она валялась в отключке. — Потом нас загнали в клетку и повезли по дороге, но я плохо запомнила, как везли и куда, в голове долго шумело и перед глазами мутная пелена стояла. Везли нас два дня, одну ночь в лесу ночевали.