Книга Госпожа Злодейка уходит в тень, страница 43 – Анна Герасименко

— Дева Лю, — ответил на приветствие генерал, и мне показалось, что в его голосе прозвучало что-то вроде трепетного восхищения, да и смотрели эти двое друг на друга так, что немного неловко становилось.

На поясе генерала красовалась подвеска с трикселионом, у Лю Ланфэнь была такая же. Неужели он один из претендентов на её благородное чистое сердце и крепкую хозяйскую руку? Кто бы мог подумать, что этот максимально брутальный мужик, что в одиночку может противостоять целой армии, захочет себе строгую госпожу, а не восторженно попискивающий нежный цветочек. Но о вкусах не спорят, тем более о таких и тем более в нашем клане.

— Это моя шимей, дева Лиу, — представила меня Лю Ланфэнь, — сегодня она получила ученический меч, и я хотела подарить ей что-то памятное в этот день.

Мне стало слегка неловко, но я взяла себя в руки и задавила желание быстро согласиться на какую-то безвкусную безделушку, лишь бы не напрягать шицзе сверх меры. Это унизит и меня, и её, что в данном случае будет неразумно, небезопасно и недобровольно. Мы в Синхон Чжень таким не занимаемся! Любое унижение у нас по взаимному согласию и с предварительным обговариванием деталей!

— У вас есть что-то из эпохи Императора Сюн Ли? — обратился генерал Шао к продавцу. — Быть может, работы мастера Фа или мастера Юэ, или их учеников?

— Я… я сейчас найду, господин генерал! — воскликнул торговец, глубоко поклонился и прям с низкого старта убежал.

Мы остались ждать и наблюдать тонкий флирт между господином генералом и юной аристократкой из семейства Лю, Янмэй и её братаны стояли чуть поодаль, а вот я находилась вблизи, практически не на линии огня. Похоже, дева Лю таки сделала свой выбор к несчастью остальных своих поклонников.

Нет, эти двое ничего такого себе не позволяли, говорили о погоде, о природе, о том, что Лю-шицзе втайне со мной согласна, ей тоже не очень нравятся крупные по-варварски роскошные украшения, которые сейчас в моде, но она вынуждена их носить на всякие великосветские мероприятия. Вполне себе невинные темы, но из-за обострённой чувствительности, я улавливала и отголоски пылких взаимных чувств, и то, как их духовные энергии стремилась слиться друг с другом, но увы, на данном этапе ухаживания им даже слегка соприкоснуться рукавами нельзя, как и поговорить без свидетелей.

Через некоторое время продавец вернулся, с почтением сопровождая пожилого мастера, который нёс в руках большую плоскую деревянную шкатулку.

— Это мастер Ван, он учился у мастера Ву, который учился у мастера Юэ, — представил продавец ювелира, тот поприветствовал присутствующих и открыл шкатулку. Внутри в отдельных ячейках на маленьких шелковых подушечках лежали броши, заколки, подвески и шпильки в виде искусно сделанных насекомых. Больше всего было разнообразных бабочек, но также в отдельном крайнем ряду присутствовали стрекоза, паук, цикада и даже оса. Маленькие, ажурные фигурки, сплетённые из тончайшей золотой и серебряной проволоки с глазками из драгоценных камней являли собой образец настолько изящной работы, что я хотела спросить, нет ли здесь золотой блохи, но побоялась, что блоха найдётся и придется её покупать. А мне стрекоза понравилась, золотая с серебряными крылышками и изумрудными глазками.

Мы с Лю-шицзе восхищённо замерли перед всей этой красотой, Цяо Янмэй подскочила к нам и выразила свои восторги куда громче.