Книга Госпожа Злодейка уходит в тень, страница 87 – Анна Герасименко

— Отец! Ты ничего не понимаешь! Вы — обычные люди, такие проходимцы могут легко вас одурачить!

— Как некрасиво прозвучало! — покачал головой Лао Лин и недовольно обмахнулся веером. — Такое впечатление, что юный заклинатель, став бессмертным, перестал уважать кровную семью, и теперь с пренебрежением относится к своим старшим, к людям, которые дали ему жизнь, кормили, растили и любили!

— Это не так! Я люблю свою семью и уважаю старших! Я просто хочу их защитить от опасности, которая им не ведома! Как ты смеешь переиначивать мои слова, мерзавец?

— А-Жун, сядь и убери меч в ножны, на тебя никто не нападает, — снова прикрикнул на него отец, в голосе господина Вана явно звучало недовольство.

Мы действительно не нападали, Лао Лин держал в руках только веер, а я всего пару иголок в воздухе подвесила, да ещё пять на полу у ног Ван Жуна лежали на всякий случай. Лучше перебдить, чем недобдить. Собственным девизом, что ли, это изречение сделать?

— Отец! Я не могу отступить, я — благородный заклинатель, и мой долг — выводить на чистую воду заклинателей-преступников! Простым людям лучше не вмешиваться!

— И как ты собираешься выводить нас на чистую воду, мальчик? Доказательств у тебя нет, одни домыслы. Угрожать ты нам не сможешь, ты один, нас пятеро.

Вместо ответа Ван Жун выхватил из рукава какой-то талисман, но активировать его не сумел, мои иглы были быстрее, моментально поразив особые точки на его теле. Я успела подхватить парализованного парня до того, как он встретился с полом.

— Что вы делаете? — всполошился господин Ван, да и члены семьи Ли занервничали.

— Ничего страшного мы не делаем, — мягким голосом произнёс Лао Лин, присаживаясь рядом с господином Ваном, — ваш сын всего лишь временно обездвижен. Это не повредит ему никоим образом, но помешает сделать какую-нибудь глупость.

Его слова не сильно успокоило присутствующих, всё-таки на их близкого человека напали, а они ничем не могли помочь.

— Сигнальный талисман, — сказала я, подняв полоску зачарованной бумаги, выпавшей из ослабевших пальцев Ван Жуна.

— Хотел вызвать приятелей или старших? Это лишнее, у нас тут будет чисто семейное разбирательство. Нам надо кое-что узнать у вашего сына, господин Ван, это поможет в лечении Ли Сюаня. А чтобы Ван Жун отвечал быстро и честно, мы к нему применим “Путы Освобождения”. Лиу-мей, приступай!

Я кивнула, достала из рукава Вервье Бессмертных — особым образом зачарованную верёвку, которая способна удержать заклинателя — и начала набрасывать на парня петлю за петлёй, фиксируя узлами в нужных местах. А Лао-гэ достал шесть заглушающих талисманов и взмахом руки прикрепил по одному на каждую стену, пол и потолок отдельной обеденной комнаты, где трапезничали наши клиенты. Впрочем они уже не трапезничали, а с тревогой следили за нашими действиями.

— А это действительно необходимо? — осмелилась заступиться за племянника госпожа Ван. — Уверена, если вы просто спросите у А-Жуна то, что вам нужно узнать, он честно ответит.

— Может, ответит, а может, и нет, поэтому мы немного ему поможем. Не беспокойтесь, “Путы Освобождения” не навредят ни физическому телу молодого человека, ни его Совершенствованию. Это лечебная обвязка. Иногда случается, что человек заболевает из-за того, что слишком много врёт, особенно самому себе, так вот, особое расположение узлов и правильное натяжение верёвок создаёт у пациента такое состояние, в котором правду говорить легко и приятно, а вот врать наоборот очень сложно и даже больно. Со временем эту методику, конечно же, переняли дознаватели для работы с преступниками и военные для допроса пленных, но такова жизнь. Так вот, сильный заклинатель или достаточно волевой человек способен противостоять воздействию “Пут Освобождения” в течении нескольких часов или даже дней, но Ван Жун достаточно молод и импульсивен, так что ответит быстро.