Книга Камера! Мотор! Магия, страница 30 – Катерина Кравцова

— В чем ваша претензия, уважаемый господин консультант? — при надобности мне не хуже других удавалась роль королевы, окруженной смердами.

От такой наглости советник утратил дар речи, только яростно тыкал пальцем в сторону пленника.

— Что такое? Его светлость цел, здоров, вот разве что не накормлен. Пожертвовал трапезу в пользу братьев наших меньших, — «брат меньший» на это фыркнул и на всякий случай спрыгнул со стола.

— Вы сняли его ограничители?! Как вам это удалось???

— С помощью рук и разума, — не без злорадства доложила я, и больше Бенедикт не успел вставить ни слова.

Потому, что из-за моей спины возникла тетушка, и выглядела она, вопреки обыкновению, совсем не благостно. Всякий, увидевший ее в этот момент, ни за что не поверил бы, что перед ним — светлый маг. Теткины глаза горели гневом, волосы развевались, руки сжались в кулаки.

— Как ты смеешь поднимать голос на мою девочку, Бен?! Хочу тебе напомнить, что ты не хозяин в нашем мире, и не тебе диктовать нам, как обращаться с теми, кто едва не умер от твоего черного колдовства.

От мрачной силы теткиного голоса Бенедикт отступил на пару шагов, и даже приподнял руки, как будто защищаясь.

— Я не знал, что вы в родстве, — тихо признал он. — И не думал, что она способна…

— Моя племянница способна на многое, — объявила тетка. — И опасайся, как бы тебе не пришлось познакомиться с некоторыми сторонами ее дара. Радуйся, что пока она ведет себя мирно и воспитанно. Чего не скажешь о тебе и твоем государе.

Последнее слово она выговорила так, как произносят самое грязное ругательство. А я призадумалась о том, чего еще не знаю о себе. Тетушка пугала мной советника с таким знанием дела, словно отлично представляла, чего от меня можно ожидать.

Я немного сердилась на нее за то, что она столько лет молчала о моих способностях, но ради справедливости надо заметить — я сама не желала ни знать о них, ни говорить, ни тем более развивать их. Однако дела складывались таким образом, что теперь мне могли пригодиться любые магические навыки, сколько бы их ни было.

Бенедикт между тем пошел на примирение.

— Возможно, дамы, я слегка погорячился. Давайте запрем герцога здесь, а сами пройдем… ну, хотя бы на кухню, и там за стаканчиком чая я расскажу вам, почему был так взволнован.

Он излучал прежнюю уверенную любезность, и как будто совершенно успокоился. Однако я бы голову прозакладывала за то, что он все еще растерян и не знает, как действовать в новых обстоятельствах. Уж вмешательства тети Виты он предвидеть никак не мог. Она как раз оглядывала старого знакомца без всякого доверия.

— Мы выслушаем тебя, Бен. А Джемс даст слово не пытаться сбежать, да ему и впрямь некуда идти отсюда. Но помни, что я всегда отличу правду ото лжи. А Лена пока не может этого только потому, что очень молода.

Герцог проводил нас насмешливым взглядом, но так ничего и не сказал. Может, мы не нравились ему одинаково, а возможно, он просто не решил пока, кому из нас можно доверять.

Я уже освоилась в качестве хозяйки, и поэтому моментально соорудила нам по кружке кофе и нарезала тарелку бутербродов. Бенедикт оглядел результат моих трудов с сомнением, а вот тетка сомневаться не стала: бросила в свою кружку пару ложек сахару и с аппетитом откусила от бутерброда.