Книга Дневник, страница 96 – Рита Лурье

Я как раз хотел отвлечься и проветрить голову. Забавно, раньше я «проветривал голову» на острове, а теперь это место само провоцирует такую потребность.

Место, ага.

После визитов в тот мир я изменился. Моя магия изменилась. Как минимум, исчез кровавый насморк. Так что возникла необходимость проверить, сказалось ли это и на… других вещах. Мне стало любопытно, будут ли и путешествия в чужие измерения проходить без прежних побочек. Смогу ли я наметить свежие маршруты, отыскать что-нибудь новое и интересное.

Терять то мне уже нечего.

Всё так. Больше не нужны «специальные» зеркала. Ради эксперимента я попробовал с двумя разными. Первое я когда-то купил у старьевщика, уловив в нём следы магии. Второе — совершенно простое, на дверце шкафа в прихожей съемной квартиры. Результат меня впечатлил. Выходит, мои способности к путешествиям прокачались.

Я посетил лес между мирами. Там ничего не изменилось, но от его вида я испытал чувство сродни ностальгии, и даже получил своеобразное удовольствие, прогуливаясь среди мёртвых, будто искусственных деревьев в тревожной, неестественной тишине. Когда-то этот лес страшно меня раздражал. Он был тупиком и синонимом моих бесчисленных неудач. Теперь — он напоминание о далеком времени, когда всё было чуточку лучше.

Интересно, а можно ли остаться здесь навсегда?

Я поймал себя на этой мысли, и мне стало не по себе. Опасные размышления. Искушение… слишком сильное — просто сбежать от всего, спрятаться там, где нет ничего — ни времени, ни смерти. Вне времени и вне пространства. Впрочем, меня куда больше привлекает другоеничто.

Вот туда я и отправился следом. Я оправдывал себя тем, что нужно поддерживать в себе уровень магии того места, ведь стоит ей иссякнуть, начинаются чудовищные откаты, но на деле стыдился признать, что основательно к этому пристрастился.

Есть ли у этого места конец и край? Начало? Откуда оно появилось? Почему в нём столько магии? Чьи голоса преследуют меня после визитов туда? Чьи кошмары вплетаются в мои мысли? Кто был здесь до меня? Ведь кто-то же был?

Путешественники, убитые Луизой Ришар?

Кажется, я увлекся, вот и пробуждение в этот раз вышло очень неприятным. Мне показалось, что кто-то тронул меня за плечо, и, очнувшись, я нервно оглядел комнату, но никого, конечно же, не увидел. Стоял страшный дубак — окно было распахнуто настежь, а ветер трепал прозрачную штору, вздымая её, как паруса корабля в сильный шторм. Снаружи уже стемнело, а на подоконнике сиделворон.

После всего я не удивился бы зрительной галлюцинации, но он казался вполне реальным. Он не торопился улетать, даже когда я осторожно приблизился к нему, чтобы рассмотреть.

«Эй, — я не придумал ничего лучше, чем позвать его, — птица ты, иль дух зловещий?»

Ворон издал неопределенный звук, нечто среднее между кашлем и кряхтением старого пса, и, взмахнув огромными чёрными крыльями, выпорхнул в ночь.

Очень красивая птица! А ведь во времена подросткового увлечения Эдгаром По я мечтал завести ручного ворона и всерьёз размышлял, можно ли будет спрятать его от Лорны на чердаке.

Я закрыл окно. Не помню, чтобы оставлял его открытым.

Что-то тут не так.

1 октября 2010.

Второй раз я видел его в лесу у реки.

Я потащился на остров, но передумал в последний момент, ибо всю дорогу спорил с собой. Голос разума одержал верх: как бы мне ни хотелось увидеть Джуди, с этим надо завязывать. Наше общение пора свести к минимуму, а по-хорошему прекратить совсем. Но сложно сделать это одним махом. После этих восьми лет.