Книга Принцесса Ардена, страница 109 – Софи Анри

— Мне плевать, из-за чего ты все это делал. Я не вправе указывать, как тебе распоряжаться собственной жизнью. Как и ты мне. – Она говорила твердо, поборов дрожь в голосе, но боль в груди с каждым словом лишь усиливалась.

Изану переменился в лице. Его губы шевелились в беззвучном шепоте, плечи поникли, а в глазах мерцали медовые крапинки. Он сжимал руки в кулаки, будто сдерживая себя, но это ее не пугало. Хотя должно. В конце концов, она видела, с какой легкостью он заставил Асвада подчиниться своей воле.

— Я… – Он запнулся и нервно облизнул губы.

Впервые на ее памяти Изану выглядел таким растерянным. Он всегда источал уверенность, умел подбирать правильные слова и из любого спора выходил победителем. Но в этом подавленном юноше Роксана совсем не узнавала прежнего Изану, и от этого ей становилось только хуже.

— Мне жаль, что я причинил тебе боль, Роксана, – наконец сказал Изану, – но прошу, выслушай меня. Не торопись с помолвкой, невозможно, чтобы он понравился тебе за столь короткий срок. Я знаю тебя, ты не могла…

— Я познакомилась с ним еще год назад. Ты, видимо, даже не читал мои письма. – Роксана проигнорировала укол подозрения и с вызовом посмотрела на него. – Вириан был самым красивым юношей на празднике, и я сама подошла к нему. Мы веселились до рассвета, и я подарила ему свой венок.

Слова Изану выбили почву у нее из-под ног. И вот она, ее сущность. Роксана догадалась, поняла наконец то, что столько времени отказывалась принимать. Похоже, Изану был к ней неравнодушен, но вместо того чтобы выслушать, она ранила его своей полуправдой. Она никогда не была образцом доброты и милосердия, как о ней думали братья. Потому что, желая защитить свое собственное сердце, намеренно разбивала чужое.

— Ты подарила ему венок в ночь летнего равноденствия? – едва слышно переспросил Изану. Его голос звучал тихо и надломленно. – Серьезно?

— Да. Поэтому твои заверения, что мы знакомы слишком мало, ничем не обоснованы. Я же сказала: пока тебя не было, многое изменилось. Я изменилась.

Изану побледнел. Мерцание в его радужках погасло, а лицо застыло, напоминая теперь каменную маску.

Роксана думала, что одержала победу в этой бессмысленной войне, в которой не могло быть победителей. Но как же она ошиблась.

Изану приблизился так стремительно, что она не успела среагировать, и тут же сжал ее в объятиях. Он склонился и прижался лбом к ее лбу. Сердце Роксаны отбивало барабанную дробь от волнения, пока его горячие руки касались оголенной кожи плеч и шеи.

— Я же сказал, – он прерывисто и тяжело дышал, как будто каждое слово причиняло ему боль, – мне не нужна магия, чтобы распознать твою ложь, Роксана. Ты всегда была упрямой занозой. Но прекрати лгать хотя бы самой себе, это не приведет тебя ни к чему хорошему.

Его горячее дыхание ласкало ее щеки и губы, пока Роксана стояла как вкопанная и наблюдала за тем, как из его носа течет тонкая струйка крови, пачкая рот и подбородок.

— Изану, что с тобой? – испуганно спросила она, мигом забыв про свои обиды. – Тебе снова плохо?

Роксана протянула руку, чтобы стереть кровь с его лица, но Изану резко отшатнулся.

— Мы обязательно продолжим разговор. Сейчас мне лучше уйти.

Изану вытер рот тыльной стороной ладони и, пошатываясь, будто пьяный, вышел из комнаты, оставив Роксану наедине с бурей, которую сам же и породил в ее душе.