Книга Принцесса Ардена, страница 206 – Софи Анри

Изану встрепенулся, вспомнив сон, который видел на протяжении нескольких дней. Как он и опасался, сон тот оказался вещим. Изану нарушил обещание, применив к Роксане магию, и теперь должен понести за это наказание.

Он в последний раз посмотрел на нее, пытаясь взглядом передать всю глубину своего сожаления. Рукоять кинжала, которую он все еще сжимал пальцами, казалась раскаленной.

— Прости меня.

Ее полные слез глаза испуганно расширились, когда Изану, находясь на грани потери контроля, уверенно вонзил кинжал себе в живот. Голоса застонали от боли и ужаса, но он не почувствовал ничего. Лишь его сердце разбилось на тысячи осколков, когда сквозь оглушающий вой он услышал крик отчаяния Роксаны:

— Изану!

Он завалился набок, чувствуя удивительную легкость оттого, что тьма отступила.

— Я люблю тебя… – одними губами прошептал Изану, прежде чем мрак целиком поглотил его.

Он уже не видел, как следом за ним сознание потеряла и Роксана.

Стражники у покоев принцессы лежали без сознания, и Вириан догадался, что Изану силой мысли приказал им уснуть. Мгновение назад из комнаты доносились девичий плач и пронзительный крик, а теперь все стихло.

— Приведи в чувства стражников и пошли их за королем, – сухо повелел Вириан Хирану, обходя солдат.

«Только бы не опоздать», – помолился про себя он и распахнул дверь.

Перед ним предстала картина, преследовавшая его на протяжении целого года. Изану лежал на боку в неестественной позе, его живот пронзал кинжал, а под ним расширялась кровавая лужица. Рядом – лохматая, заплаканная и испачканная в крови Роксана. Оба они были без сознания.

В воздухе все еще витали отголоски черной магии, но былой мощи, которая окутывала каждый уголок замка, больше не ощущалось.

— Нужно срочно осмотреть его рану. – Хиран прошел в комнату, а за дверью послышались шаги и голоса. Значит, стражники пришли в себя.

— Зажги свечи, а я пока перенесу их на кровать, – распорядился Вириан и первым делом поднял бессознательное тело Роксаны.

Хиран без вопросов подчинился, хотя Вириан не использовал магический приказ. Такого рода магия забирала слишком много сил, а она ему еще пригодится.

Когда комната озарилась светом настенных ламп, он ужаснулся тому, насколько посерели лица у Изану и Роксаны – будто кто-то выкачал из них всю жизнь. Вириан знал, что так и было. То, что поселилось внутри Изану, пожирало его день за днем, а теперь взялось и за Роксану. И оно не успокоится, пока не поглотит их обоих.

Хиран удивительно быстро отыскал сундучок с лекарскими принадлежностями – судя по всему, сделал это по запаху – и начал осматривать Изану.

— Рана неглубокая. Принцесса или не рассчитала силы, или знала, как ударить так, чтобы не убить.

— Его ранила не принцесса. Он ударил себя сам.

Хиран бросил на него мимолетный взгляд, полный удивления, но промолчал.

Вместо того чтобы перевязать порез на ледяной руке Роксаны, Вириан переплел их с Изану ладони и перевязал лентой, которую достал из ее шкатулки на столе.

— Пусть Единый направит вас друг к другу и защитит от мрака, – помолился он, а потом порезал кинжалом большой палец и нарисовал кровью на их лбах дерево с девятью ветвями – символ жизни у северян. Это короткое действие отозвалось слабостью в теле, потому что он поделился своей магией.