Книга Зажмурься и прыгай, страница 127 – Юлия Стешенко

— Коляда. Я пани Коляда, на соседней улице живу, — махнула рукой куда-то вправо женщина. — Так это вы паненка Томкевичувна.

— Нет. Я Гурская, — честно ответила Яся.

— Гурская? Как Гурская? — на лице у женщины отразилось искреннее разочарование. — Ну надо же… А Гапка говорила, что правнучка Томкевича приехала, наследство приняла. Соврала, значит, Гапка…

— Ну почему же соврала? — не поняла Яся. — Я действительно правнучка пана Томкевича, и я приняла наследство. Но фамилия у меня Гурская. Пан Томкевич мой прадед по материнской линии.

— А, значит, все-таки Томкевичувна, — обрадовалась гостья. — Ну слава богу! Гапка рассказала, что вы не только дом, вы и дар унаследовали. Ведьма, говорит, приехала к нам. Молоденькая, конечно, не то, что пан Томкевич, но все-таки ведьма. А без ведьмы в городе никуда, трудно без ведьмы…

— С чего это вы взяли? — вклинился в разговор Лесь. — Пани Гурская лицензию не получала, объявление о частной практике не давала. Почему вы решили, что она ведьма?

Женщина глянула на Леся, как полного идиота.

— Ну а кто же еще? Раз уж пан Томкевич дом правнучке завещал — значит, дар в ней увидел. Захотел дело свое передать. Дураку ведь понятно.

— Ну разве что дураку, — прошептал Лесь и получил тычок в бок. Яся потерла ушибленный о ребра кулак.

— Ай! Ты твердый!

— А ты дерешься. — парировал Лесь. — Нет, ты слышала эту чушь? Мужик завещал правнучке дом — значит, правнучка ведьма.

— Но я же действительно ведьма, — развела руками Яся. — Все, Лесь. Правда, хватит.

Лесь недовольно поморщился, но замолчал и даже безропотно отошел в сторону, пропуская Ясю к ступеням.

— Пани Коляда, я ничего не понимаю. Вы искали моего прадеда? Или все же меня? — Яся все еще чувствовала себя неловко, но идиотская беспомощная растерянность отступала.

— Вас, конечно. Пан Томкевич известно где, чего там искать, — хмыкнула женщина. — Вы же теперь местная ведьма будете. А у меня ноги болят. Вот, — она выставила вперед стопу, обутую в мягкий матерчатый тапочек. Под большим пальцем темная ткань вздувалась неровным бугром. — Пан Томкевич мне растирочку делал на спирту, очень хорошо помогала. Может, вы тоже сумеете?

— Я? Ой, нет. Я никогда не… — начала было Яся, но осеклась, почувствовав рывок — кто-то дернул ее за юбку с такой силой, что затрещали пуговицы. — Ты чего⁈ — ни мгновения не задумавшись, Яся обернулась к Лесю. Потому что ну кто еще додумается дергать за юбку. — Люди же смотрят!

— Того, — сделал страшные глаза Лесь. — Помолчи! — и вдруг расцвел в любезной улыбке. — Прошу прощения за досадное недоразумение, уважаемая пани. Мы недавно въехали, пока не освоились, а тут вдруг посторонний человек во дворе. Сразу нехорошие мысли в голову лезут…

Какие именно мысли лезут в голову, Лесь уточнять не стал, но пани Коляда сама додумала нужное — и понимающе покивала.

— Это правильно. Мало ли кто в сад забрался. Может, пьянь какая, а может, и кто похуже.

— Вот-вот! И я о том же! — обрадовался Лесь. — Прямо так и подумал: наверное, алкаш какой-то через забор перелез. Потом понял, конечно, что ошибся, но так разнервничался… В общем, прошу прощения за грубость.

— Ничего страшного, бывает, — удивленно взглянула на него женщина. — Так что насчет растирочки?

— А насчет растирочки приходите завтра. Нет, послезавтра. Мы тут пока обустраиваемся, как раз за рабочее место для ведьмы принялись. Вы же понимаете: абы где колдовать нельзя, нужно, чтобы порядок был. Потом еще травки надо собрать, старые-то протухли давно. В общем, как только закончим — так сразу вашей растирочкой и займемся.