Книга Зажмурься и прыгай, страница 167 – Юлия Стешенко

Но если проблема в доме…

Яся поставила на огонь тяжеленную чугунку, плеснула подсолнечного масла, подумала и добавила кусочек сливочного — для запаха. Тесто легло на сковороду с тихим умиротворенным шипением, тут же расцветая по краям облаком золотых пузырьков. Яся выровняла пирожки вилкой и устало опустилась на стул. Тело отозвалось ноющей болью — но уже слабой, почти незаметной.

Как хорошо, что девственности лишаются только один раз. И хорошо, что это был не Збышек. То есть, Збышек, конечно, замечательный — но… но… боже, какой же он огромный. Это вообще может поместиться внутри? Девочки, конечно, говорили, что чем больше, тем лучше, но вряд ли они лично проверяли эту концепцию. После той невероятной-шокирующей-невозможной-чертовски приятной ночи Яся не слишком-то доверяла суждениям девочек. Насчет дефлорации они тоже рассказывали, что это ерунда и не больно. А было больно! И никакого оргазма во время секса Яся не почувствовала. До него — да, об этом позаботился Збышек. А во время — нет. Сначала было странно и неловко, потом больно. А потом все закончилось. То ли Лесь что-то сделал не так, то ли сама Яся к нормальному сексу не приспособлена. А может, для первого раза это естественно — и правильный секс начнется позже? В конце концов, подготовка в любом деле важна. В интимной жизни, наверное, тоже.

Привстав, Яся перевернула пирожки золотистой корочкой вверх.

Жалко, что посоветоваться не с кем. Мама далеко… Да и не стала бы она о таких неприличных вещах разговаривать. От книг тоже никакой пользы. Там у всех с первого раза перед глазами звезды взрывались, а тело плавилось от наслаждения. Хотя, конечно, любовные романы — это не учебники биологии. Вряд ли стоит им полностью доверять.

И откуда тогда брать информацию? Если мама осуждающе поджимает губы, подруги несут чушь, а в книгах не секс, а помесь астрономии с металлургией? Можно, наверное, порнографические фильмы посмотреть… Но где их взять? И стоит ли им доверять? Или там такая же ерунда, как в романах?

Прикусив губу, Яся бездумно смотрела, как скворчит вокруг пирожков кипящее масло.

Как ни крути, а единственными, с кем можно посоветоваться, оставались парни. То есть они, конечно, ничего не понимали — они же парни, у них все по-другому. Но Лесь и Збышек хотя бы всерьез хотели доставить ей удовольствие. А она… А она не почувствовала удовольствия! И как об этом сказать? Вообще — разве можно о таком говорить? Это же как признаться, что ты совсем никакая в постели. Ну и Лесь… Он ведь старался. На самом деле старался. Ну разве можно сказать, что все его старания ничего не значили?

А если и потом удовольствия не будет? Как об этом сказать? Или не нужно говорить? Нужно просто терпеть? Агнешка рассказывала, что все женщины не любят секс. Но притворяются, чтобы не разочаровывать мужчин.

А в книгах пишут, что любят. И предназначены эти книги для женщин!

Господи, как же все сложно. Хорошо быть плоским червем. Разделился напополам, и молодец. Никакого секса, никакой головной боли.

И вообще. Почему она опять думает о сексе? Ну сколько можно одно и то же в голове вертеть. Не приличная девушка, а сексуальный маньяк какой-то!

Тряхнув головой, Яся сосредоточилась на пани Масальской. Она ведь хотела обдумать этот вопрос. Обдумать, разобраться — и поймать наконец ту ускользающую мысль, которая крутилась на границе сознания, но никак не ловилась в фокус.