Книга Я пересоберу ваш мир, страница 131 – Натали Карамель

— Один из, — ответил Алексей.

Завадский перевёл взгляд на меня.

— А это?

— Племянница, — сказал Григорий.

— Племянница, — Завадский усмехнулся. — У неё очень красивые глаза. Отбоя от женихов нет?

Я опустила взгляд. Внутри всё сжалось.

— Вы планируете выступать на съезде? — спросил он.

— Да, — ответил Алексей. — Завтра.

— Тогда желаю удачи, — Завадский повернулся и пошёл к выходу.

Я смотрела ему вслед.

— Кто это? — спросила я.

— Тот, кого упоминал дядя, — ответил Алексей. — Один из тех, кто прикрывает дела Демьянова.

— Он знает, кто я.

— Знает, — кивнул Алексей. — Но пока не трогает.

— Пока.

Мы пошли дальше.

Я выступать не могла. Женщине не разрешалось представлять изобретения. Но Алексей и Григорий зарегистрировались.

— Завтра, во второй половине дня, — сказал распорядитель, глядя в бумаги. — Ваша очередь. Приходите с образцом.

— Придём, — ответил Алексей.

Мы вышли из павильона.

Я оглянулась на стеклянные двери. Там, внутри, остались десятки изобретений — чужих, но порой таких близких к моим. Я чувствовала себя маленькой и ненужной. Но потом вспомнила голема, которого собирала для усадьбы. Его плавные движения, его живой кристалл. Ни у кого там не было такого. Ни у кого.

— Мы покажем, — сказала я себе под нос.

— Что? — не расслышал Григорий.

— Ничего. Идём.

Стемнело. Над городом зажглись фонари. Линда шла сзади, неся ящик.

— Всё будет хорошо, — сказал Григорий.

— Да, — ответила я. — Должно быть.

Я смотрела на огни столицы, на экипажи, на людей. Вспоминала стенды, на которых были чужие изобретения. Похожие. Но не такие.

«Пусть они не знают, что я женщина. Пусть думают, что автор — Григорий. Главное — чтобы двигатель признали. Главное — чтобы система заработала».

А остальное — потом.

— Идём, — сказал Алексей, беря меня за руку. — Отдохнём перед завтрашним днём.

Я кивнула.

Мы сели в экипаж и поехали в гостиницу.

А впереди был съезд. И первое в моей жизни публичное представление. Пусть и чужими руками.

Глава 48. Презентация

Я не спала всю ночь.

Проверяла двигатель снова и снова. Кристаллы, провода, контакты. Линда стояла рядом, подавала инструменты, не мешала. К трем часам я наконец убедилась, что всё работает идеально, и рухнула на кровать.

— Надо поспать, — сказал Алексей, заглянув в дверь. — Завтра будет тяжелый день.

— Я высплюсь, — ответила я. — Потом.

Он покачал головой, но спорить не стал.

За окном светало.

Я смотрела на потолок, слушала, как стучит сердце. Вспоминала Ирину, которая закрыла дверь. Вспоминала стариков, которые верили.

Где-то внизу скрипнула дверь. Дмитрий ходил по коридору, не спал. Я слышала его шаги, тихие, осторожные. Он тоже нервничал, но не подавал вида.

«Мы все здесь чужие, — подумала я. — И все боимся одинаково».

«Завтра всё решится».

Утром я проснулась от крика Дмитрия.

— Подъём! Завтрак! Выступление через три часа!

Я села на кровати. Линда уже стояла у двери, держа в руках мой платок.

— Спасибо, — сказала я, забирая платок.

Внизу нас ждал плотный завтрак. Григорий пил чай, Алексей что-то записывал в блокнот. Дмитрий намазывал масло на хлеб.

— Нервничаешь? — спросил он, глядя на меня.

— Немного, — ответила я.

— Не бойся, — Алексей поднял голову. — Всё готово. Ты сделала всё, что могла. Дальше — наша очередь.