Книга Жестокая игра. Истинная под прицелом, страница 31 – Майя Фар

— Ну, может, ещё не выгонит, — сказала я. — В любом случае, я с ним поговорю, возможно мы найдём компромисс.

Компромисс с Даргом мы не нашли: я не была готова переехать к нему в дом, а он искренне не понимал, почему.

Полудракон вбил себе в голову, что я его истинная, и дал мне три дня на то, чтобы принять это. Никто всерьёз не мог подумать о том, что я могу уйти, и, никто даже не предложил мне этого.

Пророчество Марен, что меня выгонят не оправдались, потому что женщин не выгоняли. Эти мужланы считали, что женщина должна принять свою долю. Кстати, большинство женщин, живущих в поселении, завидовали мне. Я с ними почти не общалась, просто даже не успела со всеми познакомиться, это Марен приносила мне сплетни.

Дарг просто поставил меня перед фактом, что поскольку его огонь не причинил мне вреда, то я буду жить с ним, хочу я этого или нет. Я попыталась поговорить с Кейланом, он казался мне наиболее адекватным, но Кейлан не стал меня слушать.

Марен мне потом объяснила, что магия здесь не работает, и только Дарг обладает ей в силу принадлежности к драконьему роду. Потому что драконы и есть магия, именно поэтому его огонь здесь подчиняется ему, а все остальные, даже, если и обладали какой-то магией вне Мёртвых земель утратили эту способность.

— Поэтому никто не пойдёт против Дарга, —сказала Марен, — по крайней мере из мужчин.

И я приняла решение уйти в лес. Я не ощущала от леса опасности, наоборот, мне понравилось, как мы с ним общались, и я надеялась с его помощью найти ещё такое же место, где можно будет жить. А ещё мне хотелось разобраться с тем, что со мной происходило.

Магия стрел, ощущение причастности к этому месту, всё это было не просто так. И я надеялась, что в лесу я получу ответы на эти вопросы.

До того, как уйти я зашла к Корну и Витору, пообещала им, что как только смогу, я заберу их. Попыталась им объяснить, почему я ухожу, и попросила ничего не предпринимать.

Я ушла в последний вечер третьего дня, обозначенного Даргом, взяла с собой вяленого мяса и немного сухарей. Привычного хлеба здесь не было, потому что не было ни ржи, ни пшеницы, сухари делали из гороховой муки. Больше местные жители ничего не придумали.

А когда я уже подходила к кромке леса, то увидела, что за мной бежит Дарг. Я испугалась, но лес был рядом, и я вдруг почувствовала, что это моё место, и здесь Дарг не сможет мне ничего сделать.

И шагнула за кромку леса.

— Айрин, стой! — в отчаянье крикнул Дарг, и с разбега попытался заскочить в лес, но его отбросило.

— Айрин, пусти меня! — И он, вскочив, начал колотить огромными кулачищами, которые охватил огонь, но он словно пытался разбить стеклянную броню. Вскоре он понял, что с лесом ему не справится, и Дарг опустился на землю, и уже совсем другим тоном, в котором сквозила опустошённость, сказал:

— Зачем ты уходишь, Айрин, судьба только-только привела тебя ко мне, я все эти годы ждал тебя.

Я усмехнулась, но не стала отвечать, решила не рисковать, а вдруг я отвечу и барьер падёт?

«Ждал он…»

— Никто для меня ничего не значил, Айрин, — продолжил уговаривать меня Дарг.

Я не выдержала:

— Лучше замолчи, Дарг, у тебя была возможность сделать нормальную жизнь для людей здесь, но ты слишком заигрался в самого сильного. Прощай!