Книга Няня выбирает Любовь!, страница 103 – Александра Каплунова

— Поцелуй! Поцелуй!

У меня перехватило дыхание. Громкие голоса, хлопки, звонкий смех, и все расплывается, уходит куда-то далеко, растворяется, как тающий снег на щеках. Я смотрю на Кайрона, прямо, открыто, не в силах ни убежать, ни спрятаться.

В этот момент в нем совсем нет прежней холодности. Он смотрит так, что у меня все сжимается, будто видит меня впервые и сразу всю. Я не двигаюсь, не дышу. А он… делает шаг навстречу, и вот уже его руки на моей талии, горячие, властные, слишком твердые, чтобы это можно было спутать с дружеским жестом.

— Ты знаешь, что не обязан… – я не успеваю договорить. Его губы накрывают мои.

Первый миг – дикий, обжигающий электрический разряд, почти шок. Его поцелуй не ощущается неуверенными или нежным. Нет, это нетерпеливое, жадное желание, которому он так долго не позволял разгореться. Я делаю шаг ближе, отвечая, и теперь между нами совсем нет расстояния, нет воздуха. Теснее, ближе, жарче.

Он будто пытается вложить в этот поцелуй все свои страхи, недомолвки, скрасить ту холодную отчужденность последних дней. И она начинает таять между нашими губами. Его ладонь вплетается в мои волосы, пальцы невесомо касаются шеи, и я невольно вздрагиваю, забывая, где вообще нахожусь.

Я слышу его дыхание – прерывистое, едва ли не с рыком, что рвется из груди. Вдох, и сама таю, будто и во мне вспыхнул этот зеленый, волшебный костер.

Мне кажется, мы стоим так не одну, а тысячу вечностей. А когда наконец отрываемся друг от друга, оба ошарашенные, пьяные от этого вечера, я не могу сразу найти слова. Просто улыбаюсь, глупо, широко, чувствуя, как горят щеки, как не могу отпустить его руки.

И он… он смотрит на меня так же.

Толпа улюлюкает, но так по доброму…

А потом мы оба вдруг смеемся, не в силах сдержать больше ни смущения, ни ликования.

Когда мы отошли чуть в сторону, чтобы дать место другим желающим попрыгать, я все же потянула Кайрона за рукав:

— А что означает это зеленое пламя? – спросила, а сама смотрю на него открыто.

Кайрон как-то замялся, стушевался немного.

— Считается, что это благословение от богини Зимы молодым парам, – все же пояснил, – но на деле в такие костры специально добавляют особые угольки. Они нагреваются и вспыхивают в какой-то момент. Иногда попадается вот так, под кем-то.

— Значит, нас благословила сама Зима? – весело фыркнула я. Кайрон глаза закатил смешливо.

— Пойдем лучше еще сбитня возьмем.

Я отказываться не стала. После таких плясок и скачек пить хотелось со страшной силой.

Мы отошли к прилавкам, взяли по кружке, и я с удовольствием отпила теплого. К вечеру морозец разошелся чуть сильнее, слегка покусывал щеки, но на фоне нашей разгоряченности и местных активностей, все было как нужно.

Еще бы понять, что делать с Кайроном дальше. Меланхолия и апатия немного поутихли внутри меня. А когда сегодня я увидела то, как Кайрон умел веселиться, ощутила, как крепко может держать в танце… В общем мне точно нужно решать…

— Ну, что дальше? – от его вопроса я едва носом сбитень не пустила. Он что, мысли мои читает? И смотрит так смешливо. – Еще танцевать или устала уже?

Вот ведь разошелся! То смурной ходит, то вон, как раззадорился!

— Может прогуляемся пока просто? – я и правда уже упарилась вся, а ноги поднывали. Завтра, чую, вовсе с постели подняться сложно будет.