Книга Няня выбирает Любовь!, страница 24 – Александра Каплунова

Томас кивнул, подтверждая мою догадку.

— Что вы обычно едите на обед? – решила уточнить я. С такими запасами можно было много чего придумать…

— Не знаю, – мальчик задумчиво пожал плечами. – Папа пытался как-то варить суп, но он получился как каша. Теперь почти все, что мы едим – каша.

Он заметно поморщился, а я невольно вытаращилась на кладову. С такими запасами и одной кашей питаться? Да я б наверное тоже стала бы кидаться тарелками.

— А вообще это можно брать? – уточнила на всякий случай.

Томас пожал плечами снова.

— Вроде папа не запрещал.

Вроде… Отличная оговорка. Ну, за блины же меня ругать не стали?

Я прихватила копченые ребрышки, набрала сухого гороха, еще кое-каких овощей, и уже сама едва не облизывалась. Гороховый суп с копченостями… здесь ни один мужчина не устоит.

— Сегодня на обед будет суп.

— Из этого? – Томас посмотрел на содержимое корзины, которую я собирала, с явным скепсисом.

— Да, мой дорогой, – фыркнула я, – и поверь, это будет вкусно. Блины ведь тебе понравились?

— Так то блины…

Я вздохнула, прихватила еще пару яблок на шарлотку, и мы вернулись в кухню.

Я оставила горох отмокать… неплохо бы оставить его на ночь, но будем надеяться, что он и так разварится. А пока занялась овощами.

— Поможешь мне? – спросила как бы между прочим. Томас все еще был здесь. Сидел за столом, снова болтая ногами. Похоже, занятий у него тут особо не было.

Я протянула ему рукоять ножа, замерев на миг и ожидая, как он все же отреагирует. Мальчонка поджал губы и перестал дергать ногой. Похоже, он тоже не знал, как вести себя со мной. Но нож взял.

— Сможешь почистить картофель?

Овощи в этом мире выглядели так же, как и в моем. И на том спасибо. А то дали бы мне какие-нибудь вершки-корешки, чтоб я с ними делала?

Томас взялся за дело. Вид он имел при этом весьма скрупулезный, а мне приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы не лезть с советами… Картофель стремительно приобретал почти квадратную форму.

Вместо причитаний, я взяла одну из картошин и словно между прочим повернулась так, чтобы Томасу было видно, как я это делаю. Осторожно срезая кожуру, я сумела набрать целый спиральный завиток. Ровный и аккуратный.

— Гляди, чего получилось? – усмехнулась я, качая его за кончик вверх-вниз, от чего пружинка забавно дрыгалась.

Томас улыбнулся. Ну слава Богу. Улыбаться этот ребенок умеет.

Дальше он и сам принялся более тщательно чистить несчастный корнеплод. Уже не делая из него уродливый обрубок.

В конце концов все овощи были очищены, я пока сложила их в одну миску и отставила в раковину. Слила воду из гороха и залила новой, а после поставила на плиту.

— Нужно теперь, чтобы он разварился немного, потом будем добавлять остальное.

— Это блюдо из твоего мира, да?

Я кивнула. Ответ был более, чем очевиден.

Я подождала, думая, что возможно Томас захочет спросить что-то еще, но он уже снова поджал губы и теперь наблюдал за тем, как я помешиваю горох в кастрюле.

Когда вода закипела, я снова повернулась к нему:

— Слушай, а как у вас тут обстоят дела со стиркой?

Бедолагу всего перекосило.

— Так надо на пруд идти, – судя по его тону, стирка – последнее, чем он хотел бы заняться.

— Мне бы свои вещи постирать…

— Тебе в платье лучше, – пробурчал он. Я улыбнулась. Вот ведь мелкий подхалим.