Книга В пирогах Счастье, страница 122 – Александра Каплунова

Пусть бы я и сама уже не понимала, чего боюсь.

Вилен замер, его глаза потемнели.

— Нина...

— Прости, – повторила я, но он заставил меня замолчать новым, нежным поцелуем в уголок губ.

— Не за что извиняться, – сказал он мягко, утыкаясь лбом в мой. – У нас впереди вся жизнь.

Он обнял меня крепче, и я положила голову ему на грудь, слушая размеренное биение его сердца. Его пальцы мягко перебирали мои волосы, и это простое прикосновение успокаивало лучше любых слов.

* * *

Утро началось еще раньше обычного. Едва рассвело, на кухне уже кипела работа. Нужно было приготовить пироги для площадной торговли. Я месила тесто для мясных пирожков, Вилен помогал Дульсинее с начинками, а девочки чистили овощи.

— Сколько штук на площадь понесем? – спросила Анфиса, раскатывая тесто.

— Штук пятьдесят разных, – прикинула я. – Если все разлетятся, завтра больше испечем.

К восьми утра первая партия пирожков была готова. Летиция и Марфа с помощницами отправились на площадь.

— Нина, – позва Вилен, вытирая руки о полотенце. – Нам пора, если хотим успеть до открытия. Кровер рано встает, лучше застать его в приюте.

— Давай мне, – Анфиса забрала у меня скалку. Я уже рассказала е, что именно мы хотим сделать. Теперь, когда документы были готовы, мы, конечно, не трепались о планах направо и налево, но с близкими поделились.

Я сняла фартук, поправила волосы. Сердце колотилось так,точно перед первым экзаменом в институте.

— Все будет хорошо, – Вилен явно заметил мою тревогу, взял меня за руку. – Мы же все правильно делаем.

Я кивнула. Сперва своему отражению в зеркале, у которого стояла, после – Вилену. Мы вышли из таверны и поспешили по уже знакомому пути.

Впрочем, по дороге к приюту я нервничала все сильнее. А что если Кровер откажется? Что если найдет какие-то лазейки в документах? Что если...

— Перестань накручивать себя, – мягко сказал Вилен. Опять он мысли мои читает? – Видишь, как ребята к тебе тянутся? Ты им нужна. И им нужен настоящий дом.

Я сжала его руку крепче. Он был прав. Мы делали доброе дело, и у нас все получится.

Приют показался впереди, и мое сердце забилось еще быстрее. Сегодня решалась судьба наших детей… и наша собственная.

Приют встретил привычной тишиной. Видимо, младшие дети еще спали, а старшие уже разбежались по подработкам. Лишь кое-где слышались шаги воспитателей, готовящих завтрак. Привратник узнал нас и молча кивнул в сторону лестницы.

— Второй этаж, последняя дверь, – буркнул он. Будто мы сами не знали.

Я-то уж эту дорогу хорошо запомнила еще в тот раз.

Мы поднялись по скрипучим ступеням. Коридор был пропитан запахами несвежести и чего-то кислого. На стенах висели потрепанные плакаты с правилами поведения, написанными мелким, едва различимым шрифтом.

Дверь кабинета Кровера украшала все та же табличка «Старший воспитатель». Хотя я бы иначе его обозвала, но это, наверное, слишком нецензурно.

Вилен постучал.

— Войдите! – раздался знакомый неприятный голос.

Мы вошли. Кровер сидел за своим столом, водянистые глаза смотрели на нас без особого удивления.

— А, наша благодетельница снова пожаловала! – протянул он, поднимаясь. Похоже, узнал сразу. – И мужа с собой привела. Слышал, что вы вчера большой праздник устроили. Половина города только о вашей пекарне и говорит.