Книга В пирогах Счастье, страница 62 – Александра Каплунова

Я подавил усмешку. Мужиков гонять она не боится, а сосуна этого испугалась. Тварь-то на деле вполне безобидная. Неприятно, конечно, но никак не смертельно.

— Сиди спокойно, – я потянул ткань вверх, обнажая ее белую кожу… Прямо молочная… Правда сейчас она вся покрылась мурашками. Я старался держать лицо спокойным, хотя, признаться, вид этот меня немного… кхм… взволновал.

Хорошо, что сижу в прохладной водице.

Когда задрал ткань достаточно высоко кровопийца предстала во всей красе. Длинная такая штуковина, черная, блестела на солнце довольно обвиснув. Присоска надежно впилась в кожу.

Нина вся напряглась, и я чувствовал, как ее мышцы под моей рукой дрожат. Да вся она дрожит. Трусиха.

— Неужели так страшно? – я попытался отвлечь ее, уж больно напряженная.

— Не люблю все, у чего нет лапок. А когда оно еще и может к тебе присосаться, подавно… – она едва заметно передернула плечами.

— А я уж думал, ты ничего не боишься.

— Я и не боюсь, просто неприятно.

Ага, хорохорится теперь. Еще и нос задрала. А сама белая, как полотно.

Я поднял тварюшку за хвост, но та сидела прочно.

— Погоди, – я поднялся, оглядываясь.

— Ты куда? – вот и паника прорезалась. Я лишь хмыкнул в ответ и отошел к берегу. Сорвал с дерева несколько листьев, а на земле приглядел полезную травку, ее тоже прихватил.

Вернувшись к Нине, снова присел и подлез краем листа под присоску. Осторожно, чтобы не повредить ничего, подцепил пиявку. Та быстро поддалась, и я уже пальцами ее подхватил и кинул в сторону. Бульк. Дело сделано.

— Фу, – пробормотала Нина, передернула плечами. – Спасибо.

— Погоди, от них кровь долго идет, – я размял в кашицу другой листок и замазал им ранку. Зелень смешалась с выступившей кровью, но я добавил еще один размятый лист. – Вот теперь все.

— Спасибо, – совсем уже расслабившись произнесла она, но тут же встепенулась и заозиралась. – А здесь, на мелководье, их нет?

— Нет, они только у зарослей там, – махнул рукой, – сколько тут купался, ни разу не цеплял. Ты видать вкусная.

Я уже собрался отойти, как вдруг выражение лица ее разительно переменилось.

— Вилен… – еще голос задрожал.

— Что? – нахмурился я, но тут заметил еще одного "гостя". Нина смотрела вниз, на грудь… Благо здесь ткань была плотнее. Но все равно, мать ее, совершенно мокрой! Как вторая кожа!

Пиявка, черт бы ее побрал, прицепилась чуть ниже ее ключицы, прямо на верхней части груди. Я почувствовал, как уши начинают гореть.

— Еще одна, – пробормотал я, отводя взгляд.

Нина подняла руки, вроде как и хотела сама отцепить эту дряннушку, но явно не могла превозмочь отторжение.

— Я не могу! – сказала она, ее голос дрожал от смеси паники и смущения. – Убери ее! Убери, пожалуйста!

Я замер. Вот уж ситуация, которую я точно не планировал.

— Нина, ты уверена? – вроде и спокойно произнес, а горло словно сжало все тисками. Кажется, из нас двоих только я не о том думаю.

— Конечно, уверена! – почти взвизгнула она, закрывая глаза. – Просто сделай это быстрее, иначе я с ума сойду!

Я сглотнул, пытаясь держать себя в руках. Пришлось развязать тесемки спереди, чтобы добраться до проказы.

Сглотнул снова.

Главное, не переборщить с расшнуровыванием. Хотя, мать ее, сорочка почти и так ничерта не скрывала. Надо будет сказать ей все же, что девицы обычно от мужиков отдельно купаются. А то еще с кем-нибудь полезет по незнанию. Или с мальчишками поедет купаться… Вот там-то подростки потешатся.