Книга Отпуск по ошибке, страница 153 – Александра Каплунова

— Я думаю, это фрагменты карты, — Бастиан подошел к ближайшему постаменту, прерывая полет моих разошедшихся мыслей. — Но как понять, какой из них правильный?

Я приблизилась и увидела еще одну надпись, выгравированную на постаменте:

”Каждый путь имеет цену. Выбери, но знай — лишь верный

Не потребует расплаты. Ошибешься — нет возврата.”

— Похоже, у нас только одна попытка, — я нервно прикусила губу. — Если выберем неправильный фрагмент...

”Используй обе стихии,”— посоветовал Ракси.”Вода чувствует правду, огонь видит сквозь иллюзии.”

Я закрыла глаза и попыталась ощутить обе энергии внутри себя. Странное чувство — словно два потока текли через меня, не смешиваясь, но и не конфликтуя.

Я подошла к первому постаменту. Провела ладонью над скрытым предметом, позволяя своим стихиям ”ощупывать” его. Вода дала мне ощущение фальши, огонь — чувство опасности.

— Не этот, — сообщила я уверенно и перешла к следующему.

Со вторым было то же самое. Третий вызвал у меня смешанные чувства — ни явной лжи, ни полной правды.

Но когда я приблизилась к четвертому постаменту, обе мои стихии отозвались согласным резонансом. Это было похоже на музыкальный аккорд, идеально чистый и гармоничный.

— Вот этот, — я уверенно положила руку на ткань, скрывавшую предмет.

Бастиан и Элдрик напряженно наблюдали, когда я медленно сняла покров, открывая... каменную плитку с частью карты, идеально соответствующую пробелу в мозаике на полу.

Как только я взяла ее в руки, остальные три постамента с грохотом провалились под землю, а на их месте открылись глубокие ямы, на дне которых поблескивали острые шипы.

Я уже говорила про фильмы о приключениях?

— Правильный выбор, — сглотнул Элдрик. — Неверное решение могло стоить нам жизни.

— Но давай в следующий раз мы все же будем думать подольше, — попросил меня Бастиан, явно сбледнувший, глядя на торчащие шипы.

— Поверь, это бы не помогло, — отмахнулась я.

Я вообще как-то странно спокойно уже реагировала на все происходящее. Словно просто устала удивляться. А может это новые силы внутри меня помогали мне держаться вот так легко. В любом случае, как бы то ни было, я ощущала себя в таком формате гораздо проще. И спасибо на том.

Я осторожно подошла к мозаике на полу и опустилась на колени, держа каменную плитку. Инстинктивно я знала, куда ее поместить — в самый большой пробел в центре карты.

Как только плитка коснулась своего места, она идеально встала в мозаику, словно всегда была ее частью. По поверхности карты пробежала волна света, и все остальные пробелы начали заполняться — не физическими фрагментами, а светящимися линиями, которые проявлялись, завершая изображение.

— Потрясающе, — прошептал Бастиан, глядя, как карта оживает перед нами.

Когда последняя линия встала на место, вся мозаика засияла, и из нее поднялся трехмерный светящийся макет лабиринта — сложная система туннелей, пещер и залов, парящая в воздухе перед нами.

— Теперь мы видим весь путь, — Элдрик изучал проекцию. — Вот мы, — он указал на светящуюся точку у входа, — а вот центральный зал, где должен находиться хранитель земли, — его палец переместился к сердцевине лабиринта.

— Кажется, не так уж сложно? — я с надеждой посмотрела на проекцию. Путь был извилистым, но вполне различимым.

”Не обманывайся внешней простотой,”— предупредил Игнис.”Земля коварна. Она постоянно меняется, трансформируется.”