Книга Попаданка требует развода. И Дракона в мужья, страница 89 – Эмили Гунн, Aequo Animo

Он сражался по старинным обычаям фейри. То есть фактически фехтовал, держа тонкий меч (рапиру) в одной руке и короткий острый кинжал в другой (кортик).

— Мой сын ничем не нарушает правил дуэли, — выползла на свет надменная Эхидния. — Наши древние обычаи предполагают как раз два оружия.

А я и не знала, что Алатар пришел на битву со своей матушкой!

— Но нам вы об этом сказать забыли! — возмущенно прорычал Бальтазар.

— Вам следовало лучше изучать традиции более древнего, чем вы народа, — с превосходством задрала Эхидния подбородок.

— Кинжал! — протянул Рыжий командор руку, требуя, чтобы кто-то из драконов передал ему холодное оружие.

Очевидно, он, не найдясь, что ответить на наглость Светлой леди, просто решил уравнять шансы. И теперь намеревался передать дополнительный клинок Торину.

Но путь Бальтазару заступили офицеры эльфов.

— Это нарушение, — с ядовитой улыбкой пояснила Эхидния. — После того, как дуэлянты приступили к бою, они могут использовать лишь то оружие, которое было при них к моменту начала. Вы же не хотите, чтобы мы снабдили моего сына эльфийским луком, пикой и много чем еще? — свысока оглядев драконье оружие, вопросительно выгнула она бровь.

— Ырр-р! — рыкнул Бальтазар, но отступил.

Ему не оставалось ничего другого, как наблюдать за так называемым равным боем издали. И он смотрел, играя желваками на благородном лице. Смотрел, как и все мы, как Торин раз за разом отбивает голым предплечьем нависающую над ним руку с кортиком. Бьет врага кулаком. И разит мечом эльфийские доспехи, что всего лишь царапаются от клинка с бирюзовым лезвием.

Бирюза. Это сакральный камень для Эльфов. Они даже подводного Кракена призывают посредством этого самоцвета. Но чтобы по-настоящему ранить Алатара, мой Дракон должен был для начала изрубить золотистые доспехи, трусливо прикрывающие тело лорда.

Сражающихся мужчин, взяв в круг, обступили пренебрежительно ухмыляющиеся Эльфы и напряженные Драконы. Если для первых исход боя казался решенным, для вторых всё еще оставалась несгибаемая вера в Глубоководного командора. А на кону было слишком много...

Я же, кажется, даже не дышала. Сжав пальцы и впившись глазами в две бьющиеся насмерть фигуры, я жадно ловила каждое движение моего Дракона.

Было чувство, что я слилась с ним воедино. И даже сердце моё бьется в ритме его выверенных ударов и туше.

А потом Торин внезапно упал. Я даже не успела заметить удара или подсечки, которые могли бы привести к этому! Его ноги будто сами собой подкосились, настолько это падение показалось мне неожиданным и противоестественным.

И тут вдруг мой взгляд скользнул к Эхиднии. Не знаю, было ли это совпадение или меня внутреннее чутье толкнуло.

Но я посмотрела на нее и обомлела. Светлая что-то шептала. Причем закатив глаза и незаметно ведя пальцами по воздуху. Ее руки были опущены к подолу, и сложно было что-то заметить, если не присматриваться специально.

— Бальтазар, — дернула я командора за руку, указав на то, что заметила.

— Она колдует! — прищурившись, подтвердил он. — Светлая леди воздействует колдовством! — повысив голос, заявил Рыжий дракон во всеуслышание. — Остановите поединок!

Алатар на это требование только пренебрежительно фыркнул.

Но Торину хватило выигранных крох времени, чтобы оттолкнуться стопами от земли, встав на секунду в позицию «мостик» и выгнувшись дугой. Секунда, и он уже снова твердо стоял на ногах, готовый рвать врага на части.