Книга Одержимость жестокого принца, страница 11 – Ксения Есенина

Быстро поднимаю жетон и прячу в карман.

Наконец-то возвращается профессор Адамс, и мы направляемся к лифту, предназначенному для профессоров, администрации и персонала. Он поднимает нас прямиком в кабинет ректора.

Эйнар Аренберг, беловолосый широкоплечий мужчина тридцати с небольшим лет с ледяными серо-стальными глазами, сдержанно приветствует нас из-за своего стола. Заворожённо смотрю на него: Аренберг — знаменитый на всю Империю двустихийный маг, владеющий даром заклинать воду и воздух.

— Что барьер? — кратко интересуется ректор.

— Пришлось воспользоваться пропуском, — ответствует Глория Адамс.

— Ясно. Мьес Шерман, приложите ладонь там.

Он указывает на каменный постамент примерно мне по пояс, увенчанный плоской каменной чашей. На дне обнаруживается углубление в виде человеческой ладони.

Вот тут меня охватывает настоящая паника, а на ум лезут слова мамы о том, что Академия меня не примет. Потому что сейчас я стою перед той самой Принимающей Чашей, с помощью которой заключается магический контракт с Нарвилльской Академией. Красный камень, что висел на шее Кая, — зачарованный амулет, его получает каждый поступивший адепт. Это древний ритуал, тянущийся со времён охоты на стихийников.

Да только я-то не стихийница.

Смотрю на ректора и замечаю, как он быстро переглядывается с профессором. В тёмных глазах Адамс мелькают сомнение и… укор?

В сторону страх! Просто сделать и покончить с этим. Глубоко вздохнув, как перед прыжком в неизвестность, кладу руку в Чашу.

Ничего не происходит. Чаша никак не реагирует на моё прикосновение. В повисшей тишине вжимаю в каменное дно руку и чувствую себя идиоткой.

А чего я ожидала? Чаша принимает исключительно стихийников. Не знаю, для чего ректор попросил попробовать. Знал же, что не сработает.

Напоминаю себе, что это ничего не меняет: Аренберг изначально был в курсе, так что должен был подготовиться. Меня всё равно примут на обучение.

Вот только отсутствие амулета означает отсутствие магического контракта. Ещё один повод для заносчивых аристократов, чтобы меня зацепить.

Но им придётся это проглотить. Да, у меня нет стихийного дара, нет титула и богатств. И всё-таки я здесь, нравится им моё присутствие или нет!

— Что ж, — поджимает губы Адамс. — Воспользуемся вторым вариантом, как и планировали.

Аренберг слегка пожимает плечами.

— Я хотел убедиться, профессор. — Он кладёт на край стола лист бумаги. — Мьес Шерман, поставьте свою подпись…

Короткая белая вспышка заставляет его умолкнуть, а меня — обернуться к Чаше, в которой продолжает лежать моя заледеневшая рука.

— Это же… — начинает Адамс, подаваясь вперёд.

Даже ректор поднимается со своего кресла.

А я чувствую под ладонью какой-то предмет. Сердце трепещет в груди от волнения. Не может быть, не может быть! Медленно отнимаю дрожащую руку.

На дне Чаши лежит овальный чёрный камень в золотой оправе.

Касаюсь его пальцами, чтобы убедиться, что он настоящий. Моргаю, не в силах поверить собственным глазам. Я что, получила свой зачарованный амулет?! Но как… И почему он такого странного цвета?

Ко мне подходит профессор Адамс, на её лице написано глубокое изумление. С другой стороны приближается ректор Аренберг, обдавая холодком своей ауры.

— Возьмите его, мьес Шерман, — просит он.