Книга Магическая академия Провиденс, страница 15 – Лилиана Хоффман

— Если на этом все и у многоуважаемой Люсинды нет возражений касательно совершенной покупки, не буду Вас задерживать, — хозяин лавки поднялся, предлагая гостьям последовать его примеру, и двинулся к выходу.

Уже в главном зале он выдал задумчивое:

— Когда рыбак ловит большую рыбу, но и мелкой не побрезгует... И кстати, После «учебы» можешь сдать мне этот набор артефактора назад, так и быть, приму его за 50% стоимости, очищу и перепродам следующим студентам. Не стоит тащить хлам в новую жизнь… А большому Люку обязательно передавай от меня привет, когда увидишь, не забудь!

На этом Джесс распрощалась и покинула лавку, не забыв посадить Люсинду в рюкзак охранять бережно уложенную туда же шкатулку.

Обратный путь не занял много времени: в кондитерской лавке были куплены пирожки с джемом, чтобы подсластить жизнь Джесс после очередных шедевров академического повара, и, конечно, запас любимого печенья Люсинды. Последним пунктом стала букинистическая лавка, в которую, наконец, завезли еще две страстных новинки Амории Лаф, которые могли отсрочить агонию экзистенциального кризиса Люсинды на ближайшую неделю, как раз то время, что остается на подготовку и сам прием у герцога. Ведь прописная истина гласит: счастливый фамильяр — спокойная ведьма. Хотя со счастливым фамильяром сразу не задалось, но за годы успешного сотрудничества Джесс давно привыкла к характеру напарницы и выработала методы борьбы с ее депрессией, находя в этом даже некоторое очарование.

Еще через два дня студентка почти 4 курса Магической академии Нокслина Джессика Блейк, сидела в приемной ректора и строчила трогательное заявление на предоставление академического отпуска. Утирая слезы, она рассказывала сочувствующей секретарше, госпоже Урсуле Янг, что вынуждена спешно уехать, так как ее тетушка, госпожа Мотильда Блейк, серьезно заболела, и совсем некому ухаживать за ней, варить укрепляющие зелья и следить за режимом, ибо тетушка вдова уже 20 лет, и своих детей у нее нет, только родная племянница, в которой она души не чает и все эти годы платила за обучение. Слезы, кстати, были почти искренними, за оформление документов, включавших сохранение места, рекомендательные письма от ректора, декана и особо любимых преподавателей, а также магически заверенный табель успеваемости за три года, пришлось оставить 10 золотых лир. Конечно, они будут засчитаны, когда (если) Джесс вернется к учебе, но печаль от потери это не уменьшало. Поэтому девушка страдала и продолжала рассказывать. Да, едет в Люмер, в Валарию, да, ту самую, что граничит с Темным княжеством, да практически на границу и едет. И да, страшно до жути, но долг родной крови зовет.

Спустя два часа и моток нервов бывшая студентка Магической академии Нокслина Джессика Блейк покинула это со всех сторон прекрасное учебное заведение, осознавая, что будет скучать, особенно по общежитию и кулинарным талантам повара. В руках она держала две компактных зачарованных сумки с расширенным пространством, в которых было тщательно упакованы немалочисленные вещи и артефакты, нажитые непосильным, и не всегда честным трудом. В рюкзаке за спиной сидела притихшая Люсинда, слегка шуршащая печеньем, зато воздержавшаяся от комментариев в приемной ректора, за что Джесс была ей особенно благодарна.