Книга Злодей для Эльфийской Принцессы, страница 59 – Маргарита Абрамова, Николь Фенникс

Тяжело вздохнула, но потом вспомнила наш последний разговор, он сам ждет от меня решительных действий. Мужчина прав, пришло время делать все самой и не ждать ни от кого помощи.

Утро настало слишком быстро, или это я просто не желала, чтобы оно наступало.

Лукреция застала меня в той же позе у окна, в которой оставляла.

Сегодня она не заводила беседы, просто молча передала то, что обещала. Я благодарно кивнула девушке, спрятала под подушку. Главное, чтобы не забыть припрятать их потом в свадебное платье.

Собиралась разместить пузырьки в небольшом кармашке-сумочке под юбкой платья. У меня имелось несколько, не думала, что пригодятся.

Жрец послал ко мне девушек из храма, чтобы они помогли принять мне омовение и прочесть напутственные молитвы. Вместе с ними пришла главная наставница. После всех ритуалов она попросила оставить нас вдвоем.

— Твоя мать просила меня все рассказать вместо нее, когда придет время.

Замерла, слышать о маме было приятно. Да, у нас принято напутствия передавать от старшей женщины рода к младшей.

— Не печалься, дитя. Вас союз благословлен, Богиня не допустит, чтобы ее дочь была несчастна.

Я уже сомневалась в этом, но промолчала. Не хотела проявлять неуважение.

— Тебе известно же, что должно произойти после брачных ритуалов?

Кивнула, не в силах озвучить.

— Вижу ты страшишься этого, — я боялась не самого процесса, если не лукавить, то и его тоже, а то что это будет именно Весиан. — Не нужно, чем напряженнее ты будешь, тем тяжелее тебе будет принять мужа. Раскрой свою природную женственность, позволь себе быть собой. Это наше предназначение, — ее рука легла мне на плечо, — В этом нет ничего страшного, это естественный процесс. Вы с мужем станете единым целым.

Кивнула, вновь решив промолчать. Но в груди все разрывалось от боли.

Когда я вышла из покоев, Лукреция уже ждала меня на пороге. Ее взгляд выражал сочувствие и тревогу, но она старалась держаться невозмутимо.

— Госпожа моя… — тихо промолвила она.

— Идём, — оборвала я ее, не в силах больше оттягивать неизбежное. Внутри меня боролись отчаяние и смирение. "Нет смысла оттягивать время, всё равно ничего хорошего из этого не выйдет", — подумала с горечью, — "Лишь разозлю отца… и… Весиана".

Последние натянутые улыбки Лукреции, последние проверки наряда. И вот, словно приговоренная, покинула свои покои — место, в которое, как подсказывало мне сердце, я уже никогда не вернусь. Каждый шаг отзывался тяжестью в груди, словно я тащила на себе огромный камень.

Коридоры замка казались бесконечными и мрачными. Стены, увешанные гобеленами с изображением прошлых побед и торжеств, в этот момент были лишь бездушными свидетелями моей личной трагедии. Каждый звук, каждое эхо моих шагов лишь усиливали гнетущее чувство безысходности. Слуги, встречающиеся на пути, почтительно кланялись, но их взгляды были полны жалости и любопытства. "Неужели они видят мою боль?" — мелькнула мысль.

В голове проносились обрывки воспоминаний: как я бегала по этим коридорам в детстве, как мечтала о любви и счастье, как верила в справедливость. Все это теперь казалось таким далеким и нереальным, словно из другой жизни. "Неужели моя судьба — это быть женой эльфа, которого я презираю?" — отчаянно вопрошала саму себя.

Руки непроизвольно сжались в кулаки, пытаясь удержать волну отчаяния, накатывающую с каждой новой секундой, приближающей меня к алтарю. Я шла, как на казнь, и единственное, что поддерживало меня, была холодная решимость не сломаться и сохранить хоть какое-то достоинство.