Книга Боевая практика книгоходцев, страница 109 – Милена Завойчинская

— Жаль, что я уже женат. Это было бы забавно, — ухмыльнулся Леладис и встал из-за стола. Тут же поскользнулся на мгновенно появившемся и сразу же исчезнувшем льду и, потеряв на секунду равновесие, ухватился за спинку стула.

А не стоило меня злить и оскорблять нас с другом! Я не отводила глаз от этого ушастого хама, не слушая, что говорили остальные. Леладис коротко рассмеялся, перегнулся через стол так, что наши лица оказались нос к носу, и прошептал:

— Стерва!

За шиворот ему тут же скользнула большая льдинка, и я с особым садистским наслаждением управляла ею, заставляя медленно пройтись по всему позвоночнику эльфа и вырисовывая круги и волны. Чуть приподняла бровь, отвечая на его расширившиеся от «приятных» ощущений зрачки. Даже если он меня сейчас попытается придушить, то свидетелей много, отобьют. А скоро я вернусь в школу, и он меня не достанет, чтобы отомстить.

За столом царила глухая тишина. Даже слуги притаились и перестали сновать вокруг стола, а мы с моим «союзником» все смотрели глаза в глаза. Могла бы, прибила гада! Княжич не выдержал, и его слегка передернуло…

— Еще увидимся, союзница, — словно прочел он мои мысли, выделив интонацией обращение. Схватил мою руку, поднес к губам и поцеловал внутреннюю сторону запястья, пристально уставившись на меня. После чего выпрямился, еще раз передернулся, так как рубашка на спине промокла и наверняка холодила кожу, и пошел к выходу из столовой, сказав, что уезжает.

Вот и пообщались напоследок… Ну, мое дело было предупредить. В другом месте, когда меня не будут сдерживать правила поведения гостя в чужом доме, пообщаемся иначе. Если, конечно, судьба когда-нибудь снова нас сведет. С другой стороны, опыт общения с Леладисом был весьма познавателен. Эльфы бывают разные, как и люди, и в жизни я встречу всяких. Вот и потренировалась. Я довольно улыбнулась, поставив всех в тупик своей неадекватной реакцией. Но не объяснять же?

Как только стихли шаги в коридоре, Ривалис порывисто вскочил из-за стола и выбежал из комнаты. Князь с княгиней опять извинялись за старшего сына, мне же не оставалось ничего иного, как улыбаться и говорить, что все в порядке. После чего я отправилась искать приятеля. Нашла его за домом. Парень сидел на скамеечке, спрятавшейся под кустом жасмина, и с мрачным лицом ковырял палкой землю. Он бросил на меня короткий взгляд, но ничего не сказал, так что я молча присела рядом и откинулась на деревянную спинку. Минут через пять однокурсник не выдержал и спросил:

— Я действительно рохля? Ты тоже так считаешь?

— Рив, — спокойно отозвалась я, — стать такой высокомерной сволочью, как твой милый братец, ты всегда успеешь. Какие твои годы? Только уверен, что хочешь этого?

— С ним считаются и боятся его. Даже родители… — не закончил он предложения.

— Да не вопрос, друг мой, можешь начинать становиться гадом хоть с завтрашнего дня. Только учти, я с тобой тогда больше общаться не буду.

— Это еще почему?! — возмутился он. Даже отбросил палку и повернулся ко мне всем корпусом.

— Не захочу, — пожала я плечами. — Зачем мне в друзьях такие, как он? Сволочей и так хватает, а вот лапушек, как ты, прискорбно мало. И я тебя ценю именно за то, какой ты есть: добрый, милый, открытый, веселый, непосредственный и заботливый.