Книга Страшные сказки закрытого королевства, страница 34 – Милена Завойчинская

— Куда?! – недовольно рыкнул на меня банщик, принимающий деньги, когда я попыталась оплатить услуги.

— Помыться… – опешила я от вопроса.

— Дуракам ясно, что помыться. С насекомыми не пускаем!

— Да к-как в-вы?.. У м-меня н-нет… – Я аж заикаться начала от предположения, что у меня вши, и именно поэтому меня не хотят пускать в общественное место.

— Тогда покажь амулет от насекомых! – прищурился мужик. – Нету? Вот и проваливай!

— Н-но…

Я как рыба открывала и закрывала рот, глотая воздух и не находя слов. Амулет от насекомых? Что это вообще? Где его брать? Как он выглядит? И потом, у меня нет вшей! До такого я бы не опустилась.

— Что, милок, не знаешь, где купить? – подергал меня сзади за рукав сгорбленный опрятный старик, стоявший за мной.

Я обернулась и растерянно моргнула, всё еще пытаясь принять ситуацию.

— Как выйдешь, налево через две улицы лавка. Там все эти амулеты и продаются.

— «Все эти»? – захлопала я глазами.

— От насекомых и прочие…

Ошалело поблагодарив дедушку за подсказку, я вышла на улицу и побрела в нужном направлении. С ума сойти! Амулет от насекомых… Да еще какие-то неведомые «прочие».

Нужное место я отыскала быстро, вошла внутрь и снова впала в ступор. Я же совершенно не разбираюсь во всех этих магических вещах.

— Что желаете, юноша? – подошел ко мне лавочник.

Ну озвучила, дико стесняясь. Но, похоже, данная вещь нечто настолько обыденное в этом новом для меня мире, что торговец ничуть не удивился. Совершенно спокойно продемонстрировал мне несколько разных вариантов: браслет, кольцо, серьга, брошь… И металлы разные – медные, подороже серебряные, дорогие золотые.

Я купила самую дешевую медную булавку. Заплатила за нее еще две мелкие монетки из своих скудных запасов и вышла на улицу, где последовала совету лавочника. Сначала пристегнула ее на сумку и выждала некоторое время. Ни одной букашки из моей сумки не выползло, и я с чистой совестью переместила амулет на ворот рубашки. Постояла еще минут пятнадцать, жутко опасаясь почувствовать шевеление в волосах или увидеть вдруг разбегающихся с меня в разные стороны блох, вшей или еще какой пакости. Но нет, как я и говорила банщику, со мной всё в порядке. Пусть я и бродяжничаю последнее время, но все же чистоплотность соблюдаю.

Назад я возвращалась с решительным выражением на лице. Вот пусть только попробуют опять не позволить мне пройти! Обошлось. Амулет, прицепленный на видное место, удовлетворил, так что взяли положенную оплату и ни слова не сказали.

В бане я не только помылась, но и тщательно постирала всю одежду, в которой ходила эти дни. Переоделась во все чистое, мокрые вещи сложила в сумку, решив высушить их позднее, и отправилась за гитарой.

За нее (тоже бывшую в употреблении, еще более старую, чем у меня была до того) пришлось отдать последние имеющиеся у меня монеты. Если я сегодня не заработаю хоть немного, то придется выпарывать один из золотых.

Ни в одном трактире договориться о выступлении не удалось. Меня с пренебрежением слушали, оглядывали мою обветшавшую за время странствий одежду и выгоняли взашей. Хорошо хоть не пытались ударить или толкнуть…

Совершенно отчаявшись, поскольку приближался вечер, а я так и не нашла себе хоть какой-то приют, я решительно стала удаляться из чистенького центра города в сторону менее благополучных кварталов. Деваться некуда, нужно хоть куда-то приткнуться, а потом уезжать из этого недружелюбного города.