Книга Страшные сказки закрытого королевства, страница 62 – Милена Завойчинская

Разумеется, я оплатила заказ. Сюзанна ничуть не удивилась моей просьбе, поэтому я сделала вывод, что ничего странного или запретного в списке не было. Она в тот же день принесла пахнущий лесом и полем мешочек и вручила его мне со словами:

— Бабушка сказала, что это очень хороший выбор. Похвалила. Говорит, такой отвар быстро поставит на ноги любого даже после затяжной болезни. Ты тоже попей, он укрепляющий. И если что-то еще понадобится, обращайся. Бабуле было приятно составлять такой продуманный сбор.

На кухне я договорилась, что мой смертник будет спускаться периодически за кипятком для заваривания лекарства. Не могу ведь я постоянно бегать.

С Дарио вообще оказалось на удивление просто общаться. То есть сложно, учитывая, что он свои реплики излагал письменно. Но зато всё было кратко и по существу. А я решила не стесняться и привлечь его к сборам в путь.

Наверное, я просто слишком устала от одиночества, невозможности расслабиться хоть на минуту, поговорить с кем-то… С этим человеком мне можно не держать лицо. Нет необходимости постоянно улыбаться, изображая фальшивое веселье, не надо думать о том, что мои манеры, осанка, привычка держать спину и голову покажутся странными окружающим. Не нужно сутулиться и казаться незаметнее… Раньше я могла отдохнуть от постоянного напряжения только наедине с собой, но это бывало так редко.

Нет, разумеется, я не открывала едва знакомому человеку душу и не рассказывала о себе всю правду. Недоверчивость теперь мое второе имя. Но хотя бы дышать и двигаться в его присутствии я могла свободно. Не пыталась следить за своей речью, не вставляла простонародные словечки, чтобы сойти за «своего парня». Я аристократка, выросла в роскоши, получила прекрасное образование, следовала этикету, умела командовать слугами. Но последние месяцы это всё приходилось скрывать, чтобы не раздражать людей. Отнюдь не все были благодушно настроены к обнищавшему дворянчику, оказавшемуся на улице. Кто-то, конечно, жалел, но у большинства это вызывало злорадство.

Дарио же сам был аристократом. Титул свой не назвал, но всё же написал, что он лорд и состояние у него имелось. Мы, двое отвергнутых, оказавшихся за бортом жизни каждый по своим причинам, неожиданно нашли друг в друге опору и надежное плечо.

Уже на второй день Дар поднялся с постели и с трудом, часто делая перерывы, чтобы отдышаться, стал заниматься, возвращая телу и мышцам форму. Приседания, прыжки, отжимание от пола и от стены, наклоны, вращение руками. Медленно, понемногу, из последних сил, задыхаясь и обливаясь по́том. Потом отлеживался, и его била мелкая дрожь. Но он не сдавался. Немного отдыхал и снова принимался за дело. Я наблюдала за ним, сидя на кровати, поджав ноги и отвлекаясь на сказки. Ведь нужно выучить их как можно больше. А еще он исправно ел купленные мной продукты. Через каждые два-три часа дисциплинированно отрезал себе по паре толстых кривых бутербродов (мой кинжал был ни на что не годным, если уж откровенно) и жевал их, отстраненно глядя в окно. Попросил меня купить яиц, а потом пил их сырыми, прямо из скорлупы. Меня передергивало, когда я такое видела. Не понимаю, для чего это нужно. Еще спросил, смогу ли найти и купить крынку свежей сметаны. Я смогла, купила. Он ел ее ложкой или намазывал на хлеб. Сметана и сырые яйца полезны людям, восстанавливающимся после болезни и долгого голодания? Не знаю.