Книга Первый встречный феникс, страница 31 – Милена Завойчинская

Мне пришлось возвращаться к себе, а Филипп даже встал, проводил меня и подержал дверь между нашими опочивальнями.

А рано утром следующего дня мы с фениксом опять проснулись в обнимку, но уже в моей постели.

Полежали, глядя друг на друга. Я не слышала, когда и как он пришел. Судя по его озадаченному виду, он тоже. Мы оба лунатики? Ходим друг за дружкой?

— Ты не помнишь, как пришел сюда? — осторожно спросила я.

— Нет. И это странно… Еще поспим? Вставать рано.

— Ладно, — подумав, согласилась я.

Ну а что? Не впервой ведь. На ночь крылья феникс всегда убирает куда-то, становится как обычный человек, так что ничего не мешает. Уютно, тепло, приятно. Секса, правда, хочется. Но тут уж ничего не поделаешь, сама я соблазнять его не стану.

Мы снова переглянулись, после чего упали каждый на свою подушку и опять заснули. Чтобы вновь проснуться в обнимку под утреннее приветствие моей горничной.

— Ой, леди, лорд, — пролепетала Летти и сбежала.

— Спать голым обязательно? — буркнула я куда-то в ребра Фила. — Пугаешь обслуживающий персонал.

— Так удобнее, — зевнул он, подгреб меня ближе и снова засопел.

Надо ли говорить, что утром следующего дня мы проснулись вдвоем, в обнимку, он был голый, но спали мы в его кровати?

Наметилась цикличность. Ночь я к нему являлась, ночь он ко мне. Строго по очереди. Ни разу мы друг друга на приходе не поймали, но стабильно просыпались вместе утром. Без исключений. Когда бы и во сколько бы мы ни ложились спать — утро мы встречали в одной постели.

Прислуга привыкла. Посчитала это нашей семейной причудой, оценила твердый график. Ни разу мы не сбились с нашими ночными похождениями. Теперь ни моя камеристка, ни камердинер Фила не тушевались, обнаружив нас в очередной раз спящими вместе. Муж и жена ведь. Ну а то, что им отчего-то не спится по-отдельности и не ложатся сразу с вечера вместе, ну так… у богатых свои причуды.

Все были уверены, что лорд Филипп Фламме Лучезарный страшно влюблен в свою жену. Поощряет любой ее каприз. Балует подарками. Не смотрит на других женщин. Да и зачем ему, ведь они каждую ночь напролет предаются страстной любви.

Хе-хе. Я прямо аж завидовала этой легенде и самой себе. Все было хорошо, кроме отсутствия этой самой «страстной любви». А я ведь не железная.

Филипп тоже демонстрировал мне каждое утро, что и его организм не железный и на меня очень даже реагирует. Но никаких приставаний. Даже самого маленького. Даже крохотного. Даже поцелуя, кроме как в щечку.

Черт, да он меня даже ни разу ни за попу, ни за грудь не полапал. Чурбан бесчувственный! Жалко, что ли?

Все это, конечно, было странно и приятно, но не могло не обеспокоить. Лунатизмом ни я, ни Фил ранее не страдали. А потому начали подозревать, что ходим мы не по своей воле.

— А как проверять-то будем? Посадим кого-то рядом бодрствовать дозорным? — спросила я.

— Нельзя, — покачал феникс головой. — Я не знаю, кому можно доверять, а значит, никто не должен знать, что мы так можем.

— Что насчет Эриона?

— Все же нет.

— Он ведь твой друг. В любом случае его-то ты знаешь намного дольше, чем меня.

— Я сейчас скажу странное, — задумчиво глянул он на меня. — Но обстоятельства таковы, что ты единственная, кому я доверяю. И нет, не потому, что мы фиктивно обручились. Просто ты встала на мою сторону тогда, когда я был никем, голым и только возродившимся в чужом мире. Протянула руку помощи и согласилось на то, что тебе было совершенно не нужно и не выгодно.