Книга Первый встречный феникс, страница 58 – Милена Завойчинская

— Пять минимум, — буркнула я. — Вот ты мне все настроение испортила! А я даже выпить с тобой не могу.

— Сок будешь? Или минералки? Что купить еще: квашеную капусту или соленые огурцы?

— Селедку в винном соусе и маринованных огурчиков. Таких кислых-кислых, чтобы аж слезу вышибали.

Я договорила, мы с Наташей переглянулись. Помолчали.

— Да ну не-е-е… — протянула я. — Я же это всегда любила.

— А срок какой примерно?

— Неделя?

— Ты меня спрашиваешь, Лен? Не покажут тесты, но сделаем.

Тесты ничего не показали. Я выдохнула с облегчением, Наташа с подозрением. Я продолжала жить у нее. Меня исправно тошнило от сотрясения мозга. Все время хотелось спать. Почти не хотелось есть. Но тем не менее я уверенно шла на поправку.

Родители порывались меня забрать к себе, мол, нечего обременять подругу, когда есть собственная семья и те, кто могут позаботиться. Но Наталка уперлась и не отпустила меня. Сказала, что и так почти не видимся. И нет уж, раз я попала в ее загребущие ручки, то выпустит она меня на волю только полностью здоровой.

Одежду и гаджеты она мне привезла из моей квартиры. Сим-карту телефона я восстановила, вставила ее в свой старый смартфон, так как мой прежний остался в мире Филиппа.

А больше ничего не происходило. Я ела, спала, читала, смотрела фильмы, пила лекарства и витамины, созванивалась с коллегами и родителями, общалась с Наташей, когда та была дома.

Наконец меня выписали, сотрясение прошло. Врачи велели беречься. Я вернулась в свою квартиру и вышла на работу.

Филиппа не было. Ничто не напоминало о его существовании и о том, что мне все это не приснилось. Почти ничто. Драгоценности и одежда, в которых я шла на обед к лорду Герберту, лежали в шкафу. А вот скорлупы от огненного яйца я не нашла. И Наташа сказала, что когда она приходила ко мне поливать цветы, то скорлупок не было, но была бело-розово-золотистая труха, похожая на песок. Она ее смела и выбросила, думала, что мусор.

Я затаилась и ждала. На душе было… да фигово мне было. Я скучала. Но верила и надеялась. Ведь если феникс неведомо как очутился тут, да еще и получил новую запасную жизнь, то как-нибудь снова все устроится. К тому же, раз он смог пройти с Земли туда, в свой мир, названия которого я так и не узнала по непонятной для меня самой причине, то сможет и сюда шагнуть ко мне.

Ведь сможет?

Захочет ли?

Я верила, что захочет. Ну не мог он притворяться. Да, Филипп ни разу не сказал, что любит меня. Ну так и я не говорила этого вслух. Мне хотелось верить, что между нами было больше, чем курортный роман.

Время шло. Работа, отдых, дача родителей, дни рождения родни и друзей. Пролетели лето и осень. Я нервничала, ела неполезную еду. Срывалась на вкусняшки. Заедала стресс и печаль. Потом бралась за ум и начинала питаться правильно и полезно, в попытках скинуть нажранные килограммы.

Не подавала виду, как мне грустно на душе. Пару раз нарыдалась до икоты, а потом взяла себя в руки и стала дальше жить. Да, мне плохо и больно. Да, сказка закончилась. Принц мой остался в другом мире. В мире волшебства, эльфов, магии, фениксов. Там, где двое в постели горят одним пламенем не фигурально, сгорая от страсти, а в прямом, самом таком обычном смысле — пламя перетекает по коже обоих.

А татуировка, появившаяся после обряда обручения, перестала меняться. Она разрослась и щекоталась после того, как мы стали близки с Филом. Но с возвращением на Землю все застабилизировалось. Большая, красивая птица, покрывающая всю руку до плеча и перекинувшая хвост мне на спину.