Книга Маэстрине некогда скучать, страница 100 – Милена Завойчинская

— Наконец-то! — сжал меня и выдохнул в волосы Артур.

— А что…? — От неожиданности я не поняла, мне пугаться или радоваться?

— Как ты? Все нормально? Мне отец жениха Софи сообщил, что навещал вас. И что с тобой все в порядке, но…

— Очень не хватает возможности переноситься порталами, да? — спросила я, поднимая голову, чтобы видеть лицо ректора.

Он осунулся, щеки и глаза запали. Выглядел как человек, который не спал несколько суток и примерно столько же не ел.

— Ты вообще хоть немного отдыхал? А ел? — погладила я его по щеке. — Выглядишь — в гроб краше кладут.

— Ну, я спал часа два. Кажется. И ел что-то, не помню.

— Что у вас тут происходит? Удалось найти виновных и разобраться?

— В некотором роде, — уклончиво ответил он. — Не могу рассказывать. Но дело расследуется под контролем короны и с нашей стороны, и со стороны демонов.

— В этом месте какая-то особо тонкая перемычка между мирами? — высказала я предположение. — Отчего господа демоны так активно ввязались в помощь нам? Это ведь не их территория, не их студенты, не их дело вообще.

— Зато ты мать невесты наследника.

— Марсика? Так это ж давно уже, и что? Подумаешь, наследник ректора академии. Не такая уж и большая шишка, чтобы ввязываться в межмировую антитеррористическую операцию.

Артур окаменел, отодвинулся и как-то странно глянул мне в лицо.

— Что?

— Ты не знаешь? — с сомнением уточнил магистр.

— Чего? Я дофига чего не знаю. В смысле, многого. Очень. Ты о чем конкретно сейчас?

— Твой будущий зять — кронпринц мира Изнанки, если перевести на наши понятия

— Чего⁈ — округлила я глаза. — Но ведь магистр Эррадо не… король? Нет?

— Он уже не… Не Владыка. Так как передал власть сыну. Отцу Марсалиса.

— Ой… — выдала я после паузы. Еще помолчала. — Ой-ой-ой. Вот я дурища-а-а… Ведь могла бы додуматься! Кажется, я сильно ударилась головой, когда устраивала скачки на гронхе. Иначе чем еще объяснить, что я такая тупенькая?

— Тем, что ты из другого мира? — улыбнулся Артур, наклонился и поцеловал меня в щеку.

Потом еще разочек, и еще. Потом другую щеку. Потом шею. А потом оказалось, что мы самозабвенно целуемся, а я сижу у него на коленях, обнимая за шею.

— Кхм-кхм… — раздалось от двери, заставив меня вздрогнуть и оторваться от жениха.

Я испуганно обернулась и воскликнула:

— Ханк! Как я рада вас видеть!

Пришлось встать с колен жениха. Я обошла развалившегося в центре комнате Гришку и, протянув руки, подошла к физруку.

— Как вы? Студенты таких ужасов понарассказывали, что вы прорывались с боем, всех порубили в капусту, были ранены, и вообще! А мы вас нигде не видели. Вы не очень пострадали? Все уже в порядке?

— Все хорошо, Мари, — скупо улыбнулся он и пожал мои протянутые к нему руки. — Немного задели, но уже все залечили. Про вас тоже по Усачу ходят легенды. О том, как грозная воительница верхом на боевом гронхе прошла сквозь ряды фанатиков и освободила заложников.

— Это все Гришка! — открестилась я. Гронх согласно гавкнул из-за спины. — Ханк, я очень рада, что вы живы. Я до сих пор не знаю, есть ли погибшие среди наших. Только сейчас прибыла с ребятами, с которыми мы отсиживались на чердаке.

— Да, я в курсе, Мари. Мне рассказали, что вас держали в плену. И прочее. Я зашел узнать, — неловко повел головой мужчина, — о Софи… Как она? С ней все хорошо? Мне уже доложили, что дети были здесь в самый разгар битвы.