Книга Маэстрине некогда скучать, страница 91 – Милена Завойчинская

— Маузель, у вас ребенок. И я вижу, что вы в недавнем прошлом перенесли тяжелые травмы и, скорее всего, чудом выжили. Имеются рубцы на внутренних потоках и на основном канале тонких структур… И еще одна проблема. Не знаю, как объяснить, вы не обладаете целительским даром и вряд ли поймете… Ваша душа — она плохо закреплена в теле. Не понимаю, как такое возможно, но вы словно состоите из двух независимых структур: тело и душа. Они не слиты воедино.

— И чем это грозит? — напряглась я. Вот только откинуться мне не хватало из-за плохой связи души и тела.

— Я бы сказал, что вы можете умереть в любой миг, а ваша душа отправится на перерождение. Но в то же время у вас невероятно сильная и чистая аура, аж сияет, и она изо всех сил цепляется за тело. А оно, тело, не совсем здоровое, нуждающееся в некотором лечении, но молодое, живучее и функционирует, питаясь силой вашего духа. Весьма необычный случай. Впервые в своей практике сталкиваюсь с подобным.

— Даже так… — пробормотала я и почесала бровь.

Как-то я не учла, что Мариэлла не до конца здорова после того, что с ней случилось. Вроде ничего не болит, внешне я ее привела в порядок, отпоила всем, чем могла — витаминами, минералами, эликсирами. Думала, этого достаточно.

А оказывается, надо было сходить на диспансеризацию, сдать кровь, анализы и провести полный техосмотр, так сказать.

Ладно, учтем. Умирать в мои планы не входит.

Магистр ушел. Демон же подхватил меня на руки, не слушая возражений, мол, я сама, и приказал служанке проводить нас в мою комнату.

Мы поднялись наверх, прошли по тихому коридору и поравнялись с детской. Там спали рядышком на кровати Марсалиса оба ребенка. Малыши трогательно держались за руки. У окна сидел и дежурил телохранитель, который встал на ноги, как только увидел нас.

— Отпустите меня, — попросила я своего носильщика. — Я соскучилась по дочери и хочу к ней.

Мужчина молча вошел в комнату, кивнул коллеге. Рядом тут же встала вышедшая из-за спины няня-демоница. Я от неожиданности вздрогнула и чуть смущенно ей улыбнулась, а она поклонилась.

Меня же поставили на ноги. Я присела на краешек постели, дотянулась и легонечко погладила по голове малышку Софи.

Она не проснулась, но встрепенулся Марсалис. Распахнул глаза, увидел меня и заулыбался. Я и его погладила по щечке.

Мальчуган сел, аккуратно отпустил ручку своей подружки и потянулся ко мне с объятием. Конечно же, я обняла и посидела так, гладя его по спинке. Хороший мальчишка растет. Ласковый и чуткий.

— Тетя Маша, побудешь с нами? — прошептал он.

А я подумала и кивнула. Сейчас немножко с ними тут полежу, капельку успокоюсь и пойду в свою комнату досыпать.

Марсалис подвинулся, освобождая для меня место и широко улыбаясь, не обращая никакого внимания на няню, телохранителя и того, кто пришел со мной. Как их называют-то? Солдаты? Гвардейцы?

Я прилегла, придвинувшись к Софи. Она, почувствовав мое тепло, сонно завозилась и подлезла под мышку. С другой стороны устроился и прижался к моему боку демоненок.

Я улыбнулась, показала своему сопровождающему растопыренную ладошку и одними губами прошептала:

— Пять минут…

К чести военного, у него даже лицо не дрогнуло. Хотя, надо полагать, он совсем не в восторге, что командование его отправило нянчиться с непонятной человеческой девицей.