Книга Магия любви. Лучшее романтическое фэнтези, 2017, страница 138 – Елена Малиновская, Ева Никольская, Александра Лисина, и др.

Ноги сами принесли его к башне у ворот, где по приезде он видел Власту. Тогда он заметил лишь волосы, золотистые, да слышал крик. Теперь, когда жену – уже жену, конечно, не невесту – удалось рассмотреть на церемонии, Велдон представлял ее на этом балконе. Как она напряженно закусывает губу, высматривая гостей, как побелевшими пальцами сжимает перила. А на морозном ветру развевается белоснежное тонкое платье.

Картинка в голове казалась такой реальной и в то же время необычной, что Велдон не сразу понял: это происходит в реальности. Власта действительно стояла на балконе, смотря куда-то вдаль, к горизонту, где кончались острые пики сосенок и через несколько часов обещало взойти солнце.

Мужчина замер, рассматривая ее. Впервые за много лет Велдон растерялся. Что делать? Уйти? Заметит ведь, подумает, что шпионил. Окликнуть и поговорить, как хотел после свадьбы? Не докричишься, да и ушей повсюду много.

Судьба рассудила сама. Власта вздрогнула и перевела взгляд на Велдона, но посмотреть девушке в глаза он не успел. Как и днем, она резко бросилась прочь. Велдон задумчиво сжал пригоршню хрустящего снега. Он уже почти не таял на коже… плохой знак – надо возвращаться. Если он сляжет с болезнью, отряд спасибо не скажет.

Наутро Власту почти никто не провожал. Ни няньки, ни подружки. Отец только вышел, сам за руку вывел и усадил в повозку. Велдон промолчал, хоть и считал, что леди надлежит ехать верхом. Но Власту этому то ли не учили, то ли Эрих боялся, что она не выдержит поездку. Повозка так повозка, Велдону, в общем-то, было все равно.

Медленно воины двинулись дальше на север, туда, где за туманом возвышались остроконечные башенки Ледяного Града. Повозки с добычей и ранеными товарищами поскрипывали, переваливаясь на камнях, а тишину зимнего леса изредка нарушали крики северных птиц. Велдон ехал во главе, весь обратившись в слух. На пути мог встретиться кто угодно.

Наконец плотный лес поредел, и впереди показалась небольшая полянка. Если расчистить землю и поставить палатки, можно переждать непогоду – шаман предупреждал о надвигающейся снежной буре. Вождь поднял руку, приказывая разбивать лагерь.

— Велдон, – окликнул его целитель.

На таких стоянках оклики Реннара пугали. У целителя было правило: он никогда не сообщал о смерти раненых в дороге. Только на привале, в безопасности и покое. Людей Велдон терять не любил и, хоть повидал за тридцать с лишним зим много разной жути, всегда напрягался, когда целитель ковылял меж спешившихся воинов, поддерживая ниспадающее до земли выцветшее одеяние.

Сейчас Реннар подошел не для того, чтобы сообщить о чьей-то смерти. Наверное, в глубине души вождь догадывался, о чем пойдет речь.

— Твоя невеста, Велдон. Она создает проблемы.

— Мы ей тоже не радость доставляем, Реннар. Сколько девчонке? Семнадцать? Она еще дитя, а ее вырвали из дома и везут вдаль. Такие, как она, в Граде не замуж выходят, а в цветниках играют.

— Тем не менее даже ты должен признать, что ее появление существенно осложнит быт.

Велдон поморщился, поняв, на что намекает Реннар. И о чем наверняка думает перепуганная девица. Он приказал своему другу проследить, чтобы Власту отвели в его шатер и накормили, но можно себе представить, кем они кажутся девушке, толком не видевшей чужаков.