Книга Ведьмина поляна – 3, страница 80 – Василий Головачев, Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Кира вскочила, готовая принять бой. Но никто не спешил броситься на нее с оружием – внимание лучников и копьеносцев было сосредоточено на схватке их вожака и загадочного «витязя».

* * *

Любава осталась в зарослях. Все ее вооружение сейчас составлял один из метательных ножей Сан Саныча, но для задачи, которая перед ней стояла, большего и не требовалось. На пару с котодлаком ей предстояло охранять пленника, связанного и с пастью, крепко замотанной лианами.

— Вмешаешься, если только дело примет скверный оборот. Я постараюсь справиться сам, – сказал Максим, убирая трофейный посох за дерево, там, где шаман не мог его видеть. Светящийся набалдашник был в целях маскировки измазан плотным слоем грязи и облеплен листьями.

— Колдун может полежать здесь, – сказала Любава. – Никуда он не денется. А я пойду с тобой.

— Лучше не рисковать. Не доверяю я этим фокусникам. Помнишь, что произошло в хижине, когда мы с Рыжим пришли тебя спасать?

— Еще бы! Старый колдун наслал на тебя наваждение. Не факт, что все они так умеют. Тот был старым, а значит, опытным.

— Да, наваждение. Из-за которого вот этот самый нож, – Жаров кивнул на клинок, который минутой раньше вручил Любаве, – чуть не сделал меня вдовцом. Этим жрецам нельзя доверять, у них полно тузов в рукавах. Так что присматривай за ним, и чуть что – действуй. Можешь слегка покалечить, но без крайней нужды не убивай.

С этими словами воитель росичей двинулся к поляне, где двое бедолаг-попаданцев нуждались в его помощи.

Какие-то пятнадцать минут назад Макс и Любава не думали, что встретят здесь людей, и не планировали задерживаться. Они вели пленника, захваченного в пирамиде Сета, к Ведьминой поляне. И отошли не так уж далеко от деревни, когда Рыжий внезапно остановился, словно налетев на стеклянную стену. Его хвост распушился, уши прижались к голове, а шерсть на затылке встала дыбом.

— Что там? – негромко спросил Жаров, вскидывая Живобой. – Хищник? Или охотники?

— Поррруха, – утробно проворчал котодлак.

Словом «поруха» росичи обозначали любую неприятность, от ерундовой до серьезной. Оставалось лишь догадываться, что за опасность притаилась в зарослях, на которые смотрел кот.

— У кого поруха? – уточнила Любава. – У нас?

— У дррругих, – проговорил кот.

Максу хватало своих проблем, но и пройти мимо, если кому-то требовалась помощь, он не мог. Так поступали только выродки.

— Идем, посмотрим, – решил он.

Так попаданцы и очутились возле прогалины, где отряд аборигенов окружил двоих русских. Один болтался над землей в сплетенной из растительных волокон сетке, а другая – симпатичная, спортивного телосложения девушка – стояла на коленях. Макс быстро оценил ситуацию и решил, что, несмотря на численный перевес противника, сможет вытащить своих. При этом было бы неплохо захватить второй Живобой. Это отвратительное оружие было ему, в общем-то, не нужно. Он не хотел тащить его в Россию и, уходя за Грань, собирался оставить трофей возле столба, на радость обитателям деревни. Но отобрав у местных второй Живобой, Макс и Любава могли не беспокоиться, что какой-нибудь ящер пальнет в них из кустов.

Вначале все шло хорошо. Жаров подкрался к предводителю отряда и заставил его положить пушку на землю. Остальные велоцирапторы, увидев в руках врага оружие древних, замерли без движения. Никто из них не хотел превратиться в смердящий бульон на костях. Решив, что динозавры не намерены геройствовать, Макс уже хотел сказать пленнице, чтобы та подняла Живобой. Вместе с двумя пушками они могли освободить человека, угодившего в сетку, и скрыться в джунглях. В этот момент динозавр толкнул Жарова спиной, повалив его на землю. Они покатились по краю прогалины в попытке отобрать друг у друга пушку. Челюсти клацали в сантиметрах от лица Макса. Очутившись на спине, он согнул ноги и резким движением сбросил врага прежде, чем тот оставил его без носа или губ. Трофейный Живобой при этом упал на землю. Динозавр перекатился через голову и тут же вскочил на ноги. Воин росичей тоже не стал разлеживаться – он встал на колени и уже тянулся к пушке, когда ящер сорвал с пояса какую-то трубку желтоватого цвета. На первый взгляд это была металлическая дубина, гладкая как обрезок медной трубы. Но когда вожак занес ее над головой, прогалину озарила яркая вспышка. На рукояти, которую Макс принял за обычную дубинку, появилось лезвие, превратив ее в секиру. Изумрудно-зеленого цвета, оно являло собой не заточенную металлическую пластину, как у обычного топора, а энергетическое поле в форме полумесяца.