Книга Напарник ректор, или Характер скверный, неженат!, страница 103 – Татьяна Булгава

Гелла подскочила.

— Омэн! — она схватила его за руку, прижалась к ней щекой. — Ты жив! Я знала, что ты жив!

— Тени не дали мне умереть, — его голос был слабым, но в глазах уже загорался знакомый янтарный огонь. — И ты. Я слышал тебя. Ты говорила про «Арнику-форте». И про тени, которые слушаются.

— Они тебя слушаются. Я просто… просила.

— Они тебя любят.

— Как и их хозяин.

Она поцеловала его — осторожно, боясь задеть раненое плечо, вывернутую руку. Он ответил — слабо, но с той же жадностью, что и всегда.

— Сколько я спал? — спросил он.

— Два дня. Осада кончилась, но враг отступил, а не уничтожен. Главой Ордена оказался бывший глава Совета — Кроу. Он хочет мою формулу для бессмертия.

— Кроу, — Омэн помрачнел. — Я знал его. Он был старым, больным человеком. Видимо, страх смерти сделал его чудовищем.

— Он вернётся. С новыми силами. У нас есть время, но немного.

— Что ты предлагаешь?

— Встретить его там, где он будет слабее всего. На поле боя. С моей алхимией. — Гелла сжала его пальцы. — Ты ещё не готов сражаться. Твоя рука…

— Правая рука сломана, но левая работает. Тени работают всегда, — он попробовал поднять здоровую руку — тени метнулись к потолку, послушные. — Я буду с тобой. Но не в первых рядах. Командовать — тоже битва.

— Я знаю. Поэтому мы разработаем план.

Следующие три дня прошли как в аду.

Гелла почти не выходила из лаборатории. Она варила ампулы десятками — синие, зелёные, красные, жёлтые, белые, чёрные, оранжевые. Фиолетовые — новую версию 7.6 — только три штуки. Кай помогал, теперь уже искренне, без задней мысли. Марк подносил реактивы. Лисса организовывала оборону.

Омэн, несмотря на травмы, руководил укреплением стен, расстановкой войск, эвакуацией мирных. Левая рука работал отлично, чёрная повязка на правой стала его новым символом — ректор-калека, которого боятся даже здоровые ведьмаки.

— Ты уверен, что мы выдержим? — спросила Гелла вечером накануне предполагаемой атаки.

— Мы должны, — ответил Омэн. — Если мы упадём, империя рухнет. Академия — последний бастион.

— Давишь на ответственность?

— Давлю на совесть.

Она улыбнулась.

— У тебя хорошо получается.

— Это ты научила.

Атака началась на рассвете четвёртого дня.

Кроу привёл не пятьдесят — триста наёмников. С боевой магией, артефактами, осадными орудиями. Он шёл на академию, как на войну с целым государством.

— Гелла, западная стена — твоя, — сказал Омэн, стоя на крыльце главного корпуса. — Восточная — Марк и Лисса. Южная — я и Кай. Северная — резерв.

— Поняла.

— И помни: ты нужна мне живой.

— Взаимно.

Она поцеловала его — коротко, по-военному — и побежала к западной стене.

Западная стена была укреплена заново — выше, толще, с бойницами для алхимических гранат.

Гелла поднялась на неё, когда враг уже подходил к рву. Двести метров. Сто. Пятьдесят.

— Огонь! — скомандовала она.

Лучники выпустили стрелы. Катапульты метнули камни. Но главным оружием была она.

Гелла достала с пояса первую синюю ампулу — самую сильную версию, с усиленным скольжением. Разбила её у рва.

Масло растеклось по всей ширине поля, превращая землю в каток. Наёмники, бежавшие в первых рядах, заскользили, падая, увлекая за собой других. Образовалась гигантская пробка из тел.

— Теперь зелёные!

Стена взметнулась липкой смолой — не у рва, а у самой стены, чтобы нападающие не могли подняться на лестницы. Те, кто всё же добежал, приклеивались намертво.