Книга Я — тот, кто тебя уничтожит, страница 107 – Марина Орлова

Мрачно усмехнулась, понимая, что теперь основная опасность устранена, намотала редкие, белесые волосы из выбившегося хвоста себе на здоровую руку, и протащила оглушенного, дезориентированного нага по полу, к каменному порогу. Несмотря на тщедушность и худощавость, весил ублюдок прилично. Но сдаваться я не собиралась и вскоре оказалась у заветной цели. Перехватив спутанные волосы поближе к черепу, зафиксировала голову уже начавшего приходить в себя мужчины и приподняла лицо Кеша, чтобы послать ему последнюю кровожадную улыбку. Уже затем, навалившись собственным весом, несколько раз методично и с небывалым удовольствием вбивала его ненавистную рожу в грубо вытесанный край порога до тех пор, пока мужчина не обмяк, а на ступеньке не образовалась внушительная лужа из крови, скисшего молока и мозговой жидкости.

Выпрямилась, осмотрела уже мертвое тело, которое билось в конвульсиях, и брезгливо сплюнула, поняв, что капли чужой крови попали мне на лицо. Прошлась по комнате, обнаружила валяющийся короткий клинок, после вернулась к незатихающему нагу и всадила острие меж шейных позвонков, прорубая и отделяя их друг от друга. Стоило это сделать, как тело стало просто телом, не подающим признаков жизни.

С чувством выполненного долга и мрачным удовлетворением выпрямилась и лишь после поняла, что стало до странного тихо. Подняла лицо, посмотрев в общую комнату, где замерли Таш, недожравший свою энную по счету жертву, судя по раскиданным тут и там частям тела, и окровавленного полутрансформированного вампира, замершего с таким же удивленным почему-то до сих пор живым Левесом, коего держал за горло.

И все они смотрели на покачивающуюся меня. Оставалось только гадать, что именно всех так поразило: то, что я вообще способна на такую жестокость и убила предводителя, или сама жестокость, к которой, как мне казалось, все присутствующие должны быть привычными.

— Что?! – грубо потребовала я, тяжело и устало дыша, что привело всех в чувство: Таш оттолкнул лапой раскуроченный труп, а вампир просто свернул шею своему последнему противнику.

Ибрид приблизился, обнюхал меня, с тревогой посмотрел, и в его взгляде я заметила вину. Кажется, передо мной только что извинились за то, что не смогли прийти на выручку.

— Все нормально, – тихо прошептала я, бессовестно повалившись на шерстяной бок моего друга. – Я жива, – попыталась я улыбнуться, но именно в этот момент силы стали меня покидать, а неземная усталость навалилась с новой силой. Меня зазнобило, потому постаралась теснее прижаться к теплому боку Таша, что он позволил.

— Ты как? – неожиданно близко возле меня оказался Гэврил и развернул к себе лицом, чтобы осмотреть, отчего я несколько удивилась. – Что с рукой? – нахмурился он, дернув меня за раненное предплечье. В разрезе царапина смотрелась премерзко, словно меня не порезали, а мою руку облили кислотой.

— Могло быть и хуже, – отозвалась я, отнимая свою руку и прижимая ее к груди, потому что она вновь болезненно заныла и напомнила, что неплохо бы пойти и поискать этот керамбит, чтобы понять, что это за дрянь такая ядовитая.

Однако делать это при Гэвриле не хотелось, и сейчас думала, как бы его отвлечь ненадолго.

Но, как и многие из моих желаний, этому было не суждено сбыться, потому что Таш неожиданно ощерился и приготовился к атаке. Но в следующее мгновение был сбит и отброшен на пол, запутавшись в крепкой, металлической сети. Обычно для него данная вещь не представляла опасности, но сейчас мой друг впервые на моей памяти заскулил и забился в конвульсиях, закатывая глаза.