Книга Я — тот, кто тебя уничтожит, страница 133 – Марина Орлова

Девушка рассчитывала, что любви бывшего жениха к ней хватит, чтобы любить ее, и ее… «счастье», и ошиблась.

— Мы почти скрылись… Я почти избавился от ребенка. Всего несколько чесов оставалось подождать… но ты, вновь объявляешься ты в Гриносе и все портишь!

— Что с моим ребенком? – угрожающе процедил вампир, обступая противника.

— Он скоро сдохнет. По его вине умерла Элайза, позволив своему раненному ублюдку сбежать, но вскоре, когда я закончу с тобой, доберусь и до твоего выродка. Ты забрал у меня все: любимую женщину и ребенка, которого она должна была подарить мне! Я же уничтожу любое упоминание о тебе! – закричал оборотень с сумасшедшей улыбкой на губах, явно все еще пребывающий в шоке от потери любимой.

На мгновение промелькнула мысль, что такая боль действительно может стать причиной сумасшествия. Какого это знать, что ты – причина смерти того, кто дороже всего на свете?

Рамзай чувствовал себя так же..?

— Я убью тебя, – просто пообещал вампир, полный мрачной решимости.

— Ты слаб! – истерично засмеялся Маккраф. – Я не знаю, что это за подарок небес, но ты ослаб. Потому я прикончу тебя и твоего сынка, как того хотел Малкольм. Следовало сразу же отдать ему внучка, чего и боялась Элайза.

— Что?! – удивился Рэдой. Даже я на мгновение перестала пробираться, замерев на месте. Вампир же пропустил удар по лицу, и снег оросило кровавыми брызгами из рассеченной раны, поперек всего лица Гэврила. Следом, ему в грудь воткнулось острие меча, прибивая к земле, словно бабочку, а оборотень встал сапогом на грудь вампира, чтобы тот не поднимался с земли.

— А ты думал, старик грезит наследниками? Он хотел избавиться от тебя, и от Элайзы, если та окажется беременной, сразу, после церемонии. Тогда, без официальных наследников и в трауре, он бы смог править еще столетие – минимум. А там еще чего-нибудь придумал бы. Это стало известно Элайзе, что уже знала о беременности. И та обратилась ко мне, зная, что ты просто бросишь ее, как только она родит, забрав этого выблюдка.

Посмотрела на вампира, чьи глаза наполнялись красным, на выбитого из равновесия от горя оборотня… и отправилась дальше. Обычный стальной меч для древнего, пусть и отравленного – не страшен. Неприятно, больно, слабость от каждой раны… но убить вампира этим невозможно. Если только отсечь голову, что сделать с первого раза не так-то просто даже матерому оборотню. А второй удар Гэврил уже не позволит. Тем более, чем больше крови вампир сейчас теряет, тем больше яда выходит из его организма. Потому, если оборотень хотел его убить, следовало делать это: быстро и молча. Теперь же он свой шанс упустил, чего пока не понимает.

А мне же интереснее другое, потому я ускорилась, совершенно забыв про сражение на поляне.

Я пробиралась сквозь кусты, начав замечать капли крови, разводы, следы от когтей…

И чем дальше шла, тем меньше было царапин и больше крови.

И за следующем раскидистом деревом, в корнях, свернувшись в трясущийся клубочек, на меня смотрел ослабевший, трясущийся пятилетний мальчик с белой кожей и черными волосами, как у его отца. А глаза были синими, как у матери. И в этих глазах стояли слезы и ужас. От каждого резкого звука с поляны, что он непременно слышал, ребенок вздрагивал, а когда увидел меня… просто обреченно смирился: опустил ладошки с грязными коготками, перестал щерить клыки на выступающей челюсти и просто ждал своей смерти, показывая серьезную рану на боку. Видимо, бежать малыш больше не мог и понимал, что уже не сможет спрятаться…