Книга Я — тот, кто тебя уничтожит, страница 21 – Марина Орлова

Не скажу, что была уж очень впечатлительной или скромной… завистливой я тоже не была. Однако звуки были мне неприятны, навевая другие, едва ли радостные ассоциации.

Уверенно откинула одеяло, смиренно вздохнула, а после поднялась с узкой койки и вышла из комнаты, чтобы спуститься на первый этаж и выкупить бутыль крепленного, как единственно доступное снотворное. Алкоголь на меня никогда сильно не влиял, и трезвела я даже прежде, чем успевала почувствовать все прелести опьянения, но сейчас я надеялась, что мне хватит этого короткого отрезка времени в счастливом опьянении, чтобы нормально уснуть. Из опасений, что вполне могу на особо громком моменте в соседней комнате поперхнуться, опустошила бутылку я также внизу, у раздачи, чем невольно заслужила уважительные взгляды матерых завсегдатаев. После, когда голова слегка закружилась, удовлетворенно выдохнула и побрела в сторону своей комнаты для ночлега, игнорируя упорные попытки познакомиться и «угостить».

В комнате я прислушалась, поняла, что «концерт» не только не затих, но и стал громче. Однако счастливо отметила, что мне плевать, упала на койку и, кажется, в это же мгновение уснула.

Одним из минусов выпивки, что стало основной причиной, почему я его избегала, было гарантированное провоцирование ностальгии по прошлому и утерянному. Вот и теперь, растревоженные задворки воспоминаний дали о себе знать, являясь ко мне во сне и показывая то, что было… и что могло бы быть, если бы не сложилось все так, как сложилось.

В этом сне мне едва ли исполнилось восемь лет, однако тот день, я помню досконально:

«Родители устроили в мою честь большой праздник, на который созвали кучу гостей, в числе которых были мои лучшие друзья. Нам нравилось играть во дворе, встречать, обсуждать, а иногда и подшучивать над приезжими гостями. Именно в тот момент я впервые увидела ИХ. Их было трое: высокие, статные, со странной внешностью и одеждой, совершенно белыми волосами и бесчувственным выражением лиц. Они были прекрасны… и ужасны в своей холодной бесчувственной красоте. Настолько, что просто при одном взгляде на них мороз проходился по коже, и появлялось неосознанное желание не просто бежать без оглядки, но и спрятаться, глубоко-глубоко, там, где тебя наверняка никто не найдет.

Я впервые видела их. Я их не знала, и они меня пугали. И не меня одну: мои друзья тоже затаились, хотя прежде казались такими взрослыми и смелыми. Тем страннее было видеть этих существ у меня дома, на моем празднике. Особенно, в обществе отца, который не только не прогнал их, пригласил в дом, пренебрегая другими гостями и близкими друзьями, хоть и радостным от этой встречи не выглядел.

Двое ушли с папой, а третий, что до этого времени стоял ко мне спиной, почему-то остался, не обращая внимания на попытки своих спутников его окликнуть. Он остался на своем месте, игнорируя своих соратников, моего отца и всех остальных гостей, что решили посетить дом моих родителей, а сейчас в молчаливом единодушии разошлись кто куда, лишь бы избежать внимания этих странных мужчин.

Было что-то странное в его позе, в слегка склоненной к плечу голове, в руках, сцепленных в замок за спиной с неестественно длинными и тонкими, но изящными пальцами с, почему-то грязными и неаккуратно остриженными ногтями. Его волосы, хоть и были белыми и распущенными, но не длинными, и не безупречно уложенными, как у его спутников: они падали на плечи неровно срезанными прядями и создавали общее впечатление, что с расческой мужчина встречался крайне редко. То, как неподвижно он стоял, словно заколдованный, смотрящий куда-то вдаль…