Книга Богиня Хаоса, страница 51 – Марина Орлова

Кажется, я рычал и бился в агонии несколько часов, оказалось – мгновений. Потому что когда это безумство прекратилось, я по-прежнему стоял напротив арки, с которой на меня, улыбаясь, смотрел все тот же ребенок, которого я видел последним. Перед тем, как разглядеть его маленький трупик в хороводе образов из других жертв.

Хаос отняла от меня руку и склонила голову, внимательно рассматривая мое лицо, отслеживая каждую реакцию, что вызвала своим представлением.

— Понравилось? – задала она вопрос, казалось, с искренним любопытством.

— Что это было? – стараясь сдерживать рык, что рвался из груди, потребовал я ответа.

— Это то, что вижу я, смотря на этот Мир, – спокойно отозвалась богиня, слегка повернув голову к порталу, а после вновь на меня. – Это то, что ждет этот Мир всего через несколько месяцев, если не вмешаться уже сейчас.

— Как это возможно? – пораженно прошептал я, разглядывая беззаботные, светлые лица незнакомой мне расы.

— Этот Мир показывает мне. Он просит о помощи, умоляет и кричит. Он кричит голосами своих обитателей, он молит меня сберечь жизни несчастных, что обречены на смерть уже вскоре, и которую этот Мир не в силах предотвратить. Сетианна рассказывала тебе, дракон, принцип общения Миров и Хаоса. Так вот, это был он.

— Ты слышишь это постоянно? – с непередаваемым изумлением и сожалением спросил я, ощущая жалость к девушке. Мне хватило нескольких мгновений, а она видит подобное куда чаще и дольше…

— С тех пор, как боги научились создавать своим Миры, но не научились ими управлять, – был мне ответ.

— Как ты с этим справляешься?

— Это приходит с опытом. Которого у Сетианны, к сожалению, нет совсем. Но мы не закончили, – добавила богиня и повела меня дальше, где через несколько десятков арок загорелся еще один проход. И в нем я увидел знакомый Мир. Тот, где впервые встретил Сетианну в образе принцессы Лемии.

Во дворце Люциуса горели пожары, а его обитатели дрались ни на жизнь, а на смерть. И с большим изумлением в толпе дерущихся я заметил знакомую пару, которая, к моему большому удивлению, сражалась спина к спине. Лимийка прикрывала императора от его собственных стражников, пока Люциус в одиночку дрался со своим главным советником Демьяном и прежним фаворитом Варисом.

— Что происходит? – спросил я, уже не решаясь хоть что-либо понять.

— Меньшее зло, которому ты пытался помешать, – ответила богиня. – Сенат готовился к свержению Люциуса, за то, что им не нравилось правление нового императора. Люциус не разделял их взглядов на правление и не поддавался на умелые манипуляции привыкших к скрытому правлению Империи сенаторов, которое работало с прошлым управленцем. Они хотели его подставить, убив принца Лимии. Демьян поймал принца и заточил его в темнице без ведома императора. Подобной позорной казни, как ты понимаешь, не потерпел бы народ нашей принцессы, – я вновь посмотрел на беловолосую лимийку, что с ожесточением резала врагов, не давая приблизиться и спасти сенатора от кары в лице Люциуса. – Итог был бы печален. Даже страшнее того, что ты видел недавно. Потому пришлось выкручиваться, спутав сенату все карты, временно выводя из строя Люциуса, подставив лимийку, ну и, конечно же, освобождая принца. Император влюбился, решив заключить с Лимией мир, что сенату не понравилось. Заговор был раскрыт, и сейчас эта парочка убивает неверных.