Книга Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж, страница 86 – Марина Орлова

Ага, стыд стыдом, а любопытство никто не отменял.

— Все хворает животинка? — преувеличенно сочувственно вздохнула Василина, посмотрев на Дарину. — Глисты наверное. Не буду гладить, — решила-таки она.

Где-то за домом вздохнули одновременно с облегчением и возмущением.

Василина же, углядев в толпе присутствующих Ждана, расплылась в еще более угрожа… в смысле, обольстительной улыбке, от которой у меня появилась тоска по родным местам и ручным гарпиям из Мрака. Затем кивнула Дарине и не без труда протиснулась в калиту, заставив мое сердце настороженно замереть, стоило вспомнить, что та девица давеча снесла ворота с петель без особых усилий. После, не без помощи Михайло, мы ворота-то установили, но у меня большие сомнения, что они смогут выдержать еще один напор такой… колоритной и одинокой невесты. Тем более, что свою цель она уже определила, и останавливаться не собиралась, невзирая на треск ткани, съехавший с головы кокошник и свалившийся с подноса каравай.

Та просто поправила головной убор вместе с накладной косой, из-за чего теперь казалось, что коса росла прямо из уха. Далее Василина наклонилась, подняла с травы каравай, обдула не особо стараясь, надкусила еще раз для пробы. Проба не понравилась, судя по тому, как она наморщила носик, доставшийся ей явно по линии отца. Впрочем, неудачная проба не помешала куснуть еще раз, на этот раз побольше, прожевать и гулко проглотить. Видимо, решив, что приличия должны быть соблюдены полностью, она обтерла булку о рукав, а затем вновь водрузила надкусанный и местами облепленный травой и мусором каравай на посуду в виде подноса. Ну и, как ни в чем не бывало, прошагала в сторону занервничавшего потенциального жениха.

К счастью — не ко мне.

— Тихон, Михайло, Василий…– тем временем добавила Дарина уже другим голосом, заставив обратить внимание на оставшихся гостей, которые на фоне Василины были незаметны. — Я думала, вы придете раньше, — проворчала она, пропуская и мужчин во двор.

— Василина очень настаивала на том, что тоже должна пойти. Михайло не мог ей отказать. Пришлось ждать, пока она… прихорошится, — скрывая в уголках губ усмешку, ответил Василий, прежде чем посмотреть на Дарину более серьезным и обеспокоенным взглядом. — Как ты себя чувствуешь?

Мужчина подошел ближе и обхватил девушку за плечи, но та уже привычно отстранилась, отчего мне, вдруг, стало легче. Лучше, чем от мысли, что она решит искать в старом друге утешение…

— Я справлюсь, — коротко кивнула она. — Как Дарья?

— Восстанавливается. Уже все хорошо. Надеюсь, — менее уверенно добавил он. — Дарин, я не знаю, как тебя благодарить…

— Я тоже, — мрачно отозвалась она, а после обошла мужчину, чтобы встать рядом со старостой, который, как и все, наблюдал за Василиной, что в неловком поклоне предлагала хлеб охотнику, который был явно в растерянности и не знал, как себя вести.

— Что тут делается? — нервно улыбнувшись, вопросил Ждан преимущественно у старосты. — Польщен, конечно, что о моей судьбинке такая тревога, но не стоило… Меня тут отлично накормят! Да, Дарин? — словно ища поддержки, повернул он голову к ведунье.

Дарина тяжело вздохнула, закатила глаза, а после повернулась к гостям:

— Охотник — одна штука. Живой, здоровый, как видите. Забирать сейчас будете? — подняла она бровь и взглянула на старосту уже более пристальным и требовательным взглядом, словно вариантов у него, кроме, как забрать — не было.