Книга Правила эксплуатации, или Как вернуться домой, страница 76 – Марина Орлова

Кровь прилила к щекам и ушам так стремительно, что было удивительно, как она не брызнула через нос, а демон не обжегся об меня. Сердце взволнованно забилось, но уже вовсе не от страха.

Почти так же быстро, как сердце демона у меня под ухом.

Справившись с изумлением и робостью, я украдкой прикусила губу, а после завозилась, пытаясь удобнее улечься на широкой, но весьма высокой груди, что оказалось довольно непросто. Но, несмотря на это, я категорически отгоняла даже возможность отстраниться, готовая уснуть даже стоя, если при этом буду слышать стук его сердца.

Но это не потребовалось, потому что в какой-то момент я опустилась вместе с моей новой «подушкой». Вскинула лицо и встретилась взглядом с Володькой в человеческом обличье.

— Просто спи уже, — взмолился он. Я удивленно моргнула, а затем послушно опустила голову на его грудь и, страшась признаться в собственных чувствах даже мысленно, тихо выдохнула:

— Спасибо.

* * *

Сон был дурным, показывая мне то, насколько я в действительности испугалась пережитого похищения. Удобно прикрываться за маской, словно, после проживания в лесу с житью и нежитью, меня уже ничего испугать не сможет. Мыши и грозы в расчет не берутся!

На деле я оказалась не готова к новым переменам.

В лесу было привычно. В лесу своя жизнь, которая очень редко меняется. Духи, его населяющие, и лесные существа неизменны и в большей своей части бессмертны. Так чему там меняться?

С младенчества мама подготовила меня к жизни в лесной хижине, на пограничье миров людей и лесных жителей. Даже когда ее не стало, я точно знала, что не пропаду, ведь, помимо ее ухода, ничего не изменилось. Тот же родной и надежный названный братец — Велес, тот же Водян, который, несмотря на вредный характер, был мне вместо ворчливого и несносного дядюшки. Те же русалки — как шкодливая и опасная, но соседская детвора, Берегини, как сестры, а Леший, как нелюдимый и хмурый, но мудрый и справедливый дедушка. И я стала частью этого мира и мне нравилась моя роль.

Видимо, я все же больше ведьма, чем обычная смертная, коей считала себя большую часть жизни.

Только сейчас я начинала осознавать, что от человеческого у меня осталось совсем немного, раз даже в данных реалиях я больше тоскую именно по Водяному и Кикиморе, чем по деревенским. Я люблю их и уважаю: Василина, Настюшка и Василий навсегда останутся в моем сердце. Но жить по их законам и правилам я не хочу. Я не хочу быть обычным человеком…

В лесу все понятно. В лесу и с ее жителями спокойно. Никаких интриг, никаких неожиданностей, все протекает согласно своей природе.

Люди другие. Даже в годы моего проживания в городе я чувствовала себя неуютно. Я не понимала своих родственников, что заставляло чувствовать себя одинокой. В лесу… я часть леса.

Но если мне непонятны люди с их не всегда логичным суждением, то с демонами еще сложнее. Да, они не были теми исчадьями ада, коими так любил пугать батюшка Кирилл. Но в том и проблема. Новые реалии сделали демонов такими же непонятными и загадочными, как и смертные с их достоинствами и пороками. А уж то, что отныне я вовлечена в дворцовые интриги, а по праву рождения и вовсе обязана крутиться в них на постоянной основе — пугает.

С лесными жителями я знала, как общаться. Если уж с русалками могла договориться, то с остальными и подавно. Как с людьми — тоже, но все равно не всегда получалось так, как задумывала. Даже как общаться с призванными демонами примерно представляла (спасибо руководству от матушки).